ЛК-3. О познании человека

В этой лекции речь пойдёт о познании человека – в повседневной жизни, в науке, в отдельных исследованиях. При этом будут выделены самые общие р?курсы при подходе к человеку с акцентом на целостности – и самого человека, и его оптимального познания. Будет дана общая характеристика результатов познания и будут определены понятия, задающие предметную область последующих рассуждений (дискурса).

1. О познании

2. Познание человека и его развития – с различных сторон и в разном масштабе

3. Антропологический подход к познанию человека

4. Целостность, в том числе при познании человека

5. Об отдельных актах познания человека 

 

1. О познании

Категория «познание» в научном языке принадлежит к числу самых общих и многозначных. Её определённость всегда вытекает из социального контекста – из речевой ситуации, которая может быть монологичной, диалогичной или даже полилогичной. Определённость категории «познание» задаётся высказываниями, которые предваряют слово «познание» и прямо влияют на его ситуативно-функциональный смысл. В числе распространённых значений этого слова, среди прочих, находится понимание познания и как необособимой (информационной) грани человеческого бытия, и как особого вида (сферы) деятельности, и как психического отражения, и как рационального (когнитивного) аспекта этого отражения, и как особой формы творчества… Предполагается, что эти значения будут раскрываться в рамках данного учебного курса: «Психология. Введение в психологию с практикумом по самопознанию и саморазвитию». В общем же важно иметь в виду и открытую системность, и многогранность как самого познания на практике, так и соответствующих понятий о нём.

 

2. Познание человека и его развития – с различных сторон и в разном масштабе

Познание человека тоже многозначно. Говоря о нём, можно иметь в виду разнообразные его формы: от эмпирических (непосредственных) к теоретическим (опосредствованным). Причём разнообразие актуально в обыденной жизни – «на практике». Оно актуально в искусстве – как принято говорить, «в сфере художественных образов». Оно актуально и в научном человековедении, и в других проявлениях культурыеловековедении, и многозначно, ряд форм: бласть дискурса. щностных аспектов человеческой природы: телесной, социальной, психол.

В числе наиболее существенных для нас выделим общенаучные подходы к человеку. Вот их последовательность – от самого общего к самому частному (специфичному): философский, естественно-научный, антропологический, педагогический, психологический. В рамках темы лекции – познание человека – антропологический подход является главным. Поэтому будем говорить о нём после остальных четырёх, выделив для этого специальный вопрос лекции.

Философский подход. Здесь раскрывается сущность человека – как его природная и/или социальная обусловленность. В отечественной науке сильны традиции биосоциальной теории человека. Она утверждает единство природной и социальной детерминированности человеческой природы. Это единство рассматривается в общем, в частностях и в единичном. Берётся человеческий род; берутся виды, группы представителей человечества (например, по полу, возрасту, этносу и др.); человек берётся и как индивид, как отдельное существо, в отличие от группы людей и в отличие от всего человеческого рода.

Раскрывается также место человека в мире. Рассматриваются его жизнь и деятельность в самом широком смысле этих слов. (Иногда говорят также « жизнедеятельность», расширяя биологическое содержание этого слова до философского). При философском подходе рассматриваются, прежде всего, объективные, существующие связи человека с миром, и гораздо реже – различные соотношения между человеком и какими-либо другими отдельностями в окружающем мире.

Здесь раскрывается также отдельность человека на любом актуальном уровне: род, вид, индивид, – и даже рассматриваются различные человеческие проявления. Главное при философском подходе при анализе любой взятой отдельности – это признание единства в ней общего, особенного и единичного, но отвлечение от единичного и поиск всеобщего, универсального.

Естественно-научный подход . Здесьчеловек рассматривается как особое явление живой природы – как представитель определённого рода и вида (Homo Sapiens). Учитываются характеристики человека как отдельного существа, имеющего естественные рамки бытия: от зарождения до смерти. Отдельный человек рассматривается также как представитель определённого пола и расы, причём в ограниченное время, на некотором этапе его существования, – в определённом возрасте.

Педагогический подход («педагогическая антропология») . При педагогическом подходе в самом общем плане человек берётся через призму того места, которое он занимает в социодинамике культуры: с одной стороны, прежде всего, как коммуникатор культуры, а с другойстороны, прежде всего, – как её перцепиент. Иначе говоря, как передающий и/или как воспринимающий информацию, циркулирующую в мире людей (в самом широком смысле слова «информация»).

Для нас существенно, во-первых, что эта информация конкретизируется на практике в форме каких-либо сведений (в обиходе говорят о «знаниях»), каких-либо способов действия («умений и навыков») и каких-либо ценностных ориентиров – критериев отношения к действительности. Во-вторых, для нас существенно, что реальная социодинамика культуры имеет место только при наличии симметрии в позициях коммуникатора и реципиента. А это значит, что при взаимодействии в последовательности жизненных ситуаций участники коммуникации то и дело меняются местами. Поэтому реальной единицей социодинамики культуры всегда является диалог (!), обязательным для которого всегда является и «третий участник». (См. об этом у М. М. Бахтина).

Психологический подход. Человек рассматривается как носитель души (психики), которая берётся и в её явлениях (явлениях душевной жизни), и как особая сущность человека, или как его душевная (психическая) организация. И здесь становится принципиальным вопрос о факторах (или о детерминантах) психики: от чего она, в общем, зависит?

В рамках психологии человека рассматриваются различные психические образования, их механизмы и их место и роль в человеческой жизни. И в первую очередь психика рассматривается в связи с условиями, которые необходимы и достаточны для её возникновения и развития.

Общая для всех научных подходов посылка (принцип) – это единство существования и происхождения, онтологии и генезиса. Онтология как теория предполагает учёт существующего в его общих и особенных чертах в течение некоторого ограниченного времени. Генетический подход предполагает учёт того, что существующее изменяется с момента своего возникновения до исчезновения, до перехода в иные формы существования. Иначе говоря, при генетическом подходе существующее берётся в динамике. (Чтобы оставаться на месте, приходится… всё время бежать. – См.: Льюис Кэррол. Алиса в Стране чудес).

Любое явление душевной жизни как отдельное образование (а) обнаруживает сущность душевной организации, (б) несёт в себе свою собственную историю и (в) свидетельствует о месте своего носителя (в частности, человека) среди других явлений действительности. Практика, а затем и наука познания человека озабочены тем, чтобы конкретизировать, раскрыть то, как всё это происходит.

 

3. Антропологический подход к познанию человека

При собственно человековедческом (антропологическом) подходе человек берётся как таковой, но в различных проекциях. Различны тенденции объяснять природу человека и «вообще», и в отдельных случаях на практике. Но самые распространённые ракурсы при познании человека можно метафорически обозначить как подходы «снизу», «сверху» и «сбоку». К ним можно свести общие парадигмы (образцы) отношения к человеку в науке и в жизни.

При взгляде «снизу» все проявления человека рассматриваются как производные от его базовых организменных отношений со средой. Исходными при объяснении становятся те или иные органические потребности. Ярчайшие носители такой позиции в ХХ веке – это Зигмунд Фрейд, Конрад Лоренц и мн. др. Японский философ и литератор Акутагава Рюноскэ выразил эту позицию так: «Самое человечное в человеке – это его животное начало…»

По сей день весьма популярна фрейдовская модель человека. В ней учтено противоречивое единство природного начала (Ido) и общественного бытия человека (Super ego). Природное начало человека, по Фрейду, обнаруживает себя прорывающейся энергетикой – Libido. А общественная сущность человека проявляется в регламентации его поведения посредством культурных Taboo, налагаемых окружающими людьми. «Сцену», на которой разворачивается драма человеческой жизни, Фрейд обозначил как Я (Ego), или как промежуточный уровень между природной основой человека и его общественной жизнью. По Фрейду, именно на уровне «Я» человек пытается преодолеть болезненные столкновения природного и социального посредством разнообразных «психологических защит»... Словом « психоанализ» Зигмунд Фрейд обозначил осмысление своей практики в клинике неврозов. Использование этого слова в различных ситуациях привело к появлению новых вариантов его значения. При обобщении (расширении) различных значений под психоанализом понимают анализ психики по любым подходящим (актуальным) основаниям.

Правда, в современных условиях нередко озвучиваются и распространяются средствами массовой информации призывы «бороться с проявлениями животных инстинктов» человека. (Пример – выступление депутата Законодательного собрания Санкт-Петербурга г-на Милонова в программе «Воскресный вечер» с Владимиром Соловьёвым на телеканале Россия-1 в ночь с 27 на 28 января 2013 г. Вопрос: А каково Ваше мнение по этому поводу?).

При познавательном подходе «сверху» всё в человеке рассматривается как производное от его высших качеств, как производное от тех или иных егодостоинств. В общественной мысли ХХ века среди наиболее ярких носителей подобных взглядов – представители так называемого гуманистического направления. В их числе – Карл Роджерс, Виктор Франкл, Пётр Флоренский, Иван Ильин, Николай Рерих и мн. др. Главное для всех носителей такой позиции – это признание наличия у человека неисчерпаемых ресурсов (потенциалов) для прогрессивного развития.

При взгляде на человека «сбоку» подчеркивается деятельное начало, активность самог? человека. Определяющая роль в его существовании, проявлениях и развитии отводится повседневной активности. Она обеспечивает физическое здоровье, душевное благополучие, успехи в различных сферах повседневного бытия и достижение духовности. Среди зарубежных человековедов этого толка в ХХ веке можно назвать Эрика Берна, Абрахама Маслоу, Фредерика Пёрлза… Ярчайший пример единства «слова и дела» в этом плане – Нобелевский лауреат премии мира за 1952 г. Альберт Швейцер. А в числе современных отечественных носителей таких взглядов можно назвать тех, кто стал буквально «учителями жизни» для многих россиян. Это Порфирий Иванов, Валентин Дикуль, Мирзакарим Норбеков, Александр Свияш и мн. др.

Фактически носителями взгляда «сбоку» являются учёные, чьи взгляды излагаются едва ли не во всех учебниках психологии. Так, Эрик Эриксон дал схему уровней потребностно-мотивационной сферы. Жан Пиаже развёл уровни развития интеллекта. Его ученик Лоуренс Кёльберг, а также наши соотечественники Софья Якобсон и Борис Додонов исследовали уровни морального развития и высшие, социальные чувства человека… Обобщающие теоретические позиции такого рода были у И. М. Сеченова, И. П. Павлова, В. М. Бехтерева, С. Л. Рубинштейна, Л. С. Выготского и А. Р. Лурии, А. Н. Леонтьева...

Посмотрим на вклад в человековедение некоторых из названных учёных.

Так, И. М. Сеченов признан родоначальником отечественной физиологии и естественно-научной психологии. Сеченов включил понятие среды в определение организма. Взаимодействие живого существа с окружающим миром Сеченов осознал как необходимое условие существования организма. Он установил также, что единение животного организма со средой обеспечивается посредством механизма «рефлекторного кольца». Нельзя разрывать начало рефлекса (внешнее воздействие), его середину (работу мозга) и его конец – движение. Со стороны организма движение обеспечивается сокращением мышц; во внешнем плане движение обеспечивает единение организма со средой и, в том числе, познание среды. Все наши чувственные впечатления суть сигналы того, что происходит в действительности: и во внешней среде, и в самом организме.

И. П. Павлов, в свою очередь, разделил низшую и высшую нервную деятельность животного организма. Низшая обеспечивает совместную работу различных органов и подсистем организма. Высшая нервная деятельность обеспечивает поведение организма в среде. В рамках высшей нервной деятельности у человека Павлов различил работу первой и второй сигнальных систем: работу органов чувств (анализаторов) и работу органов речепорождения и восприятия речи. К «первым сигналам» были отнесены «чувственные впечатления» (психические образы), ко «вторым сигналам» – значения (и смыслы) слов. Соответственно первосигнальные раздражители – это физические воздействия на анализаторы, а второсигнальные раздражители – это слова языка, усвоенного человеком. (О сравнительной роли тех и других см., в частности: Г.-Х. Андерсен. Новое платье короля; Фр. Бэкон. Учение об идолах).

Труды А. Н. Леонтьева были опубликованы под общим названием «Проблемы развития психики» впервые в 1959 г. В них, в частности, принципиальным для психологической теории и практики признаётся следующее положение. Изменения, происходящие во взаимодействии вслед за изменениями внешних условий жизни, предопределяют изменения живого существа и, в частности, животного организма. Тем самым предопределяются и изменения в его психике, которые как бы «запаздывают» на фоне изменений в поведении. Достижение уровня сознания выводит взаимодействие на уровень собственно человеческой деятельности: целенаправленной и организованной. Примечательно, что ранее такую форму деятельности, как творческая активность, С. Л. Рубинштейн рассматривал в качестве решающего фактора прогрессивного развития человека. – Статья Рубинштейна под названием «Принцип творческой самодеятельности» была опубликована уже в 1922 г.

Труды Л. С. Выготского в двадцатые годы и в начале 30-х годов ХХ века заложили основу для культурно-исторической психологии. В ней подчёркивалась определяющая роль в развитии человеческой психики у вовлечённости ребёнка в межчеловеческие отношения, в совместную деятельность со взрослыми. При этом опосредствованность всех отношений ребёнка системными социальными знаками и, прежде всего, – речью была признана решающим фактором для формирования у него высших, собственно человеческих психических функций. И был открыт главный механизм формирования умственных действий у человека – интериоризация, или перенос внешних действий во внутренний план; перенос опосредствуется проговариванием, сначала – вслух, а потом – про себя.

Б. Г. Ананьев провёл обобщение различных научных подходов в человекознании по состоянию к середине 70-х годов ХХ века (Ананьев Б. Г., 1968). В его модели, с одной стороны, прослеживаются основные грани (уровни и стороны), актуальные при характеристике человека с различных научных позиций. С другой стороны, оказалось, что эта модель имеет большой эвристический потенциал; она открывает перед учениками и последователями Б. Г. Ананьева широкие перспективы для научного поиска, для прикладных исследований и для практической работы с людьми.

На уровне отдельных актов познания человека, как бытового, так и в научных исследованиях, всегда можно говорить об их стратегии. Преимущественная стратегия может быть индуктивной: как движение от частного – к общему (в том числе от фактов – к теории). Такая стратегия может быть и дедуктивной: от общего – к частному (от теории – к фактам). Следование какой-либо одной стратегии заведомо исключает целостность даже научного познания в рамках любого отдельного исследования. Целостность познания как его полнота обеспечивается лишь как тенденция – через непрерывную последовательность множества познавательных актов и через работу множества исследователей. В этом плане, по полноте, результат отдельного акта познания (и отдельного исследования) всегда частичен. Однако есть все основания говорить о целостности отдельных актов познания человека, имея в виду конечность, ограниченность каждого из них – как в жизни, так и в рамках специальных исследований.

Как уже говорилось, обобщение различных подходов к познанию человека дано в работе Б. Г. Ананьева «Человек как предмет познания» (1968). Эта книга не раз переиздавалась после смерти автора. Содержание её позволяет выделять общие уровни и стороны человека, раскрывающие для нас его природу. Дидактическое отображение ананьевской модели человека даётся ниже в виде двух проекций трёхгранной пирамиды – в виде фронтальной проекции и в плане сверху. Эти изображения приведены на рис.1 и рис.2.

Рис. 1. Уровни характеристики человека                                Рис. 2. Стороны характеристики человека

Единство существования и развития на этой схеме раскрывается в том, что каждый выше расположенный уровень возникает в условиях ниже расположенного, на его основе, включает его в себя, зависит от него и оказывает на него влияние. Причём главный механизм развития – это разрешение возникающих противоречий. И это хорошо иллюстрируют многочисленные культурные сюжеты – от мифологических и библейских сюжетов до литературных и изобразительных сюжетов Нового времени, вплоть до современных. (Например, см. у Н. А. Некрасова (Х1Х век): «Суждены нам благие порывы, / А свершить не дано ничего…»).

Каковы же главные следствия, вытекающие из понимания человеческой природы, выраженного взятой моделью? Во-первых, каждый человек в своём развитии движется от индивида к индивидуальности. Во-вторых, человеческих индивидов заведомо больше, чем личностей, а личностей среди людей больше, чем индивидуальностей...

 

4. Целостность, в том числе при познании человека

В понимании целостности для нас актуальны два главных её аспекта: внешний и внутренний. Гносеологически первичен внешний аспект. Соответствующее ему классическое определение в истории философии связывают с именем Гераклита Эфесского («Тёмного»): «Целое есть одно». Внутренний аспект целостности раскрывается, когда в том, что сначала было взято как одно, как отдельное, познающий выделяет составные части и устанавливает отношения между ними. И это открытие фиксируется в определении: «Целое – это единство многого в одном».

Признавая что-то отдельное целым, мы подчёркиваем атрибутивность целостности. Иначе говоря, целостность понимается как принадлежность, в частности, как свойство взятой отдельности. Когдаже сама целостностьберётся как отдельность, как особый объект познания,тогда уже она обнаруживает свою субстанциальность. Тогда уже у целостности как качественной определённости мы выделяем её собственные принадлежности, или атрибуты. Например, связанность, устойчивость, пропорциональность, гармоничность… (Ганзен В. А., 1974). Все они суть атрибуты целостности.

То же самое происходит, когда мы выделяем внешний и внутренний аспекты целостности. Когда целостность берётся как отдельность, или как «вещность», «телесность», «предметность» (в житейском смысле слова), фактически имеет место выделение фигуры из фона. Когда целостность берётся как связанность каких-то частей, или как структурность, предполагается, что имеет место устойчивая упорядоченность конечного множества элементов. Таким образом, здесь речь идёт о разных масштабах познания: о внешнем подходе к отдельности и о подходе к внутреннему строению отдельности.

Принципиальным для нас является осознание общей природы у различных культурных форм познания человека (Джордж Келли). Среди самых общих оснований для их разведения следует назвать масштабы познания. Исходным является непосредственное психическое отражение человека человеком в формах конкретных его актов, иногда по традиции называемое «эмпирическим познанием». У каждого из таких актов выделяются универсальные аспекты – когнитивный (познавательный), эмотивный (эмоциональный) и конативный (регулятивный). В оптимальном случае, при достаточном развитии взрослого познающего, «сквозным» (или «интегративным») для трёх названных выше аспектов становится рефлексивный аспект. Подчеркну: речь идёт именно об аспектах, выделяемых при характеристике отдельных познавательных актов как целостных образований, а не об их компонентах. О компонентах же мы можем говорить при осознании знакового выражения той модели, которая складывается у познающего человека.

В отдельных исследованиях того, как познаётся человек, чаще всего различаются содержание и форма психического отражения. По содержанию устанавливается, чт? именно отражается, чт? оказывается данным человеку-субъекту в человеке-объекте. По форме образа исследователь судит о том, к?к идёт отражение. В частности, исследователь судит, к?к фиксируются внешние признаки, к?к они оцениваются и интерпретируются. Именно таким образом раскрывается фактологическая сторона(или феноменологическая – в смысле «описательная») в исследованиях познания человека. Здесь исследователи стремятся возможно более полно охватить свой объект, образ человека у человека, стремятся быть максимально конкретными.

Достижение некоторой полноты и упорядоченности накопленных фактов становится основанием для перехода к сущностным аспектам понимания человеческой природы. Здесь выражено стремление ухватить главное и самое главное. Для отечественного человекознания является традиционным выделение биологического и социального аспектов при характеристике человека и постулирование их единства (т.е. целостности). С середины ХХ века характеристика сущности человеческой природы становится более конкретной. На фоне биологического и социального в ней устойчиво выделяются также праксический («деятельностный»), психологический, духовный и иные аспекты. Правда, различны и понимание этих аспектов, и обобщённость их трактовки: от ссылок на универсалии (родовой уровень обобщённости) через выделение особенностей (видовой уровень) к попыткам ухватить в человеческой природе единичное («уникальное»).

Иллюзии целостности при познании человека начинаются при недостаточной рефлексивности познающего. Осознавая же свою неизбежную ограниченность, частичность познания, важно стремиться уменьшить вероятные заблуждения и иллюзии. И здесь главное при познании вообще и при познании человека, в частности, – различать четыре объекта. Во-первых, это действительность. Во-вторых, это актуальная (предлагаемая или используемая) идеальная модель – как отражение действительности в его динамике и статике, или образ. В-третьих, это знаковое воплощение (выражение) модели, или её макет. Наконец, в-четвёртых, это наше восприятие и понимание макета, или макет-для-нас: наш предмет (вспомним вводную лекцию). Именно неразличение четырёх названных объектов ведёт ко всяким недоразумениям. В том числе – к отказу от работы по осмыслению чего бы то ни было, к нежеланию разбираться в непонятном, к нежеланию считаться с чужим мнением. И наоборот. Важно осознавать, что действительность по-разному моделируется, что она отображается в различных макетах, которые по-разному воспринимаются, в том числе и всеми участниками коммуникации культуры. Это помогает нам преодолевать собственную ограниченность, помогает преодолевать своё сопротивление новым моделям и технологиям. Помогает также справляться с неприязнью к иным мнениям, к инакомыслию, к носителям иных моделей действительности и иных технологий…

 

5. Об отдельных актах познания человека

Преимущественная стратегия и тактика познающего, в том числе – любого исследователя, прямо находит себе выражение в результатах познания. Это любые наши впечатления и мнения, оценки и суждения. И это научные отчёты, в которых зафиксированы предпосылки работы, её условия и полученный результат. – Все они свидетельствуют о различных формах нашего познания – как определённых этапных моментах в развитии познания, причём в разных временных масштабах.

Это может быть глобальность, предполагающая субъективный охват различных объектов во взятой предметной области без учёта их своеобразия. (Можно порассуждать о «глобализации»…).

Это может быть выраженная аналитичность, при которой детали так загромождают текст, что в итоге «за деревьями не виден лес».

Это может быть выраженная синтетичность – как такой акцент на отношениях, на форме, такой «нажим» на них, при котором даже маскируется актуальное содержание.

Это может быть комплексность – как произвольная (субъективная) конкретизация объекта, при которой он буквально укладывается в «прокрустово ложе» исследовательского конструкта. («Только так, и никак иначе!..»).

Возможно также структурное отображение объекта. Оно может быть однозначным, т.е. частичным: в виде статического макета. Оно может быть и множественным, т.е. разноуровневым, или разномасштабным: в виде множества макетов, в том числе динамических.

Возможен и акцент на функциональности объекта познания, на его месте и роли среди других объектов действительности, на его месте и роли в человеческой жизни.

Наконец, возможно системное описание развивающегося объекта, который опять-таки берётся при определённых условиях, в рамках конечного множества отдельных ситуаций познания. В том числе – в рамках конечного множества значимых жизненных ситуаций… Таковы документальные и художественные произведения «крупных форм», например, дневники, мемуары, романы, телесериалы («мыльные оперы»)… В науке это лонгитюдные исследования, или «длинники»: исследования одних и тех же людей на протяжении длительного времени – в пределах взятого временн?го масштаба.

При наличных условиях можно считать «истинно целостным» (!) познание с безусловным прогностическим потенциалом. Это значит, что наше знание позволяет нам предвидеть будущее. Особенно важно для каждого человека предвидеть последствия собственных действий. Ближе всего к этому абсолюту приближаются технические и естественнонаучные знания. Но и они верны лишь при соблюдении определённых требований к практическим ситуациям, в которых эти знания порождаются и используются. Вопрос о целостном познании человека оказывается неразрывно связанным с возможностями каждого познающего. В частности, с его самопознанием и саморазвитием.

Подведём итоги. Любой конструкт (любой концепт, любая модель) человека и/или любого его атрибута по определению является ограниченным отражением. Воплощение теоретического конструкта в тексте (в высказывании) является ограниченным знаковым выражением (частным отображением) образа, теоретического конструкта. Наши возможности также конечны. Поэтому любые модели познания человека, с которыми мы знакомимся по их макетам, являются частичными. И целостность познания человека (в том числе измеряемая) всегда является ситуативно-функциональной. Она может устраивать нас при одних условиях, но быть бесполезной (или даже вредной) при других условиях. И это значит, что мера целостности (как уместности, своевременности и как достаточности, логичности, «правильности») какого-то «знания»должна определяться при соотнесении этого «знания» с другими, однородными фактами познания человека.

В этом контексте интегративный подход предполагает осознание того, что объективная реальность для познающего, в частности, для нас с вами, всегда предметна. Человек познаётся при определённых обстоятельствах, которые накладывают ограничения и на собственную природу познаваемого, и на самого познающего, и на их ситуативное взаимодействие.

А это значит, что «введение в психологию с практикумом по самопознанию и саморазвитию» раскрывается для нас как одно измножества возможных введений в психологию. Карл Маркс (1818-1883) говорил, что «анатомия человека – это ключ к анатомии обезьяны» (!). По аналогии можно сказать, что образ человека у человека – это ключ к природе психического образа вообще. А самым подходящим ключом к учебному курсу по психологии для каждого из студентов является его самопознание.

На следующей лекции речь пойдёт уже об основных характеристиках человека как носителя психики. Исходной для нас будет модель человека по Б.Г. Ананьеву, с которой мы познакомились. С моей точки зрения, эта модель даёт возможность каждому взрослому человеку обобщать и упорядочивать многообразный и разнородный материал – и из собственного жизненного опыта, и из учебной программы по курсу психологии.

 

Задания по «ЛК-3. О познании человека»

(выполняются в форме завершения начатых высказываний)

1. «Тема «Позн-е ч-ка» в рамках уч. мат-ла по пс-гии …»Что Вы можете о ней сказать?

2а) «Думаю, что познание – это …» Что? Как Вы понимаете значение слова «познание»?

2б) «Думаю, что в контексте уч. курса Пс актуальны такие значения слова «познание»: …» Какие? Перечислите их.

3. «Думаю, что обязательный «третий участник» диалога – это …» Какой? Назовите его.

4. «Думаю, что душа (психика) человека зависит от…»От чего?

5. «По-моему, модель человека по Фрейду может выглядеть так: …» Изобразите её схематически.

6. «По-моему, гуманистическая психология …» Что Вы можете о ней сказать, в общем?

7. «По-моему, психология деятельности …» Что Вы можете о ней сказать, в общем?

8. «По-моему, культурно-историческая психология …»Что Вы можете о ней сказать, в общем?

9. «Думаю, что обе предложенные проекции модели человека (рис.1 и 2)…» Что Вы можете о них сказать, в общем?

10. «Думаю, что целостн. образ ч-ка у ч-ка …» Что Вы можете о нём сказать?

11. «Думаю, что научное знание о человеке:

11а) вообще … »Что Вы можете о нём сказать?

11б) на практике (в жизни) … » Что Вы можете сказать о практической роли научного человековедения?

______________________________________