Еремеев Б. А. Образ человека у человека: мезофеноменологический подход

При аналитическом подходе традиционно признаются исходными элементарные психические явления: познавательные (ощущения, восприятие, представления, мышление, воображение), а также эмоции и внимание. Обычно их называют «компонентами», хотя соответствующие понятия раскрывают природу психического, фиксируя его различные грани. Однако ни порознь, ни вместе эти понятия не отображают специфики явлений психического отражения человека. С тем же эффектом анализируется психическое отражение других социальных объектов, объектов из мира техники, из мира живой и неживой природы. Такая микрофеноменология была характерна для психологических исследований на протяжении всего ХХ века.

Распространен также «объяснительный», макрофеноменологический подход, при котором говорят об объективной и субъективной обусловленности психических явлений. С одной стороны, выделяют внешние условия возникновения образа. В их числе сам объект отражения, его субъект и их взаимодействие. Взаимодействие конкретизируется в форме учета того, как соотносятся между собой объект и субъект отражения по основаниям, актуальным на фоне объединяющей их практики.

С другой стороны, говорится и о субъективной детерминации. Раскрывается положение образа в субъективной картине и, шире, в структуре субъективного опыта. Используются понятия, характеризующие наличное состояние человека-субъекта, а также особенности его психического склада в целом. Интерпретатор ссылается на отдельные уровни и стороны психической интеграции, на более или менее сложные душевные движения, раскрывающие ее механизмы. Может идти речь о «когнитивном соответствии», о «приписывании причин», о тенденциях при получении, кодировании и хранении информации. Среди субъективных черт, влияющих на познание людей, чаще других причин называют способности, а также направленность (или «потребностно-мотивационную сферу»), которую считают субъективной основой для ситуативной детерминации отражения.

Однако интерпретация, в частности, объяснение, в большей степени раскрывает позицию самого исследователя, чем «фактуру» того, с чем он имеет дело. В любом случае интерпретация не заменяет определения самих явлений и сравнительного их анализа в пределах взятого однородного множества, или мезофеноменологии.

Пытаясь приблизиться к действительности, к тому, как люди познают друг друга, психологи предлагали различные понятия. В семидесятые годы ХХ в. бытовало выражение «социальная перцепция», использованное и автором этих строк. В восьмидесятые годы все, что касалось познания людей, стали называть «межличностным восприятием» или даже «межличностным оцениванием». В работах педагогического толка, в том числе в учебниках по психологии, познание людьми друг друга стали называть «рефлексией».

Вряд ли подобное расширение объема и содержания у вполне определенных понятий может быть конструктивным. Скорее наоборот: утрата терминологичности размывает теорию. На месте понятий оказываются слова со всем богатством их значений. А своеобразие смысла слов и выражений задается уже только ситуативным контекстом - как в устной речи и/или в художественном тексте.

Признавая эвристичность метафоризации для познания вообще и в творческом плане - в частности, следует признать, что в научном контексте более продуктивно все-таки учитывать базовые значения психологических понятий. Так, восприятие имеет место при непосредственном отражении того, что воздействует на органы чувств. Понимание - при включении чего бы то ни было в структуру субъективного опыта, или при осмыслении. Оценивание имеет место при соотнесении объекта с ценностно нагруженным эталоном.

В оптимальном случае обозначение бывает достаточно конкретным, чтобы не оставалось места для домыслов при понимании того, о чем же идет речь. Например, «восприятие телеведущего» однозначно в своей определенности, в отличие от «восприятия эмоций» или «восприятия лидерства». Понимание (или непонимание) воспринятого также есть вполне определенное явление. Но можно ли говорить о «познании и понимании»? Очевидно, только при допущении того, что они суть «вещи» не пересекающиеся. С другой стороны, оценивать мы можем всё, что угодно. Однако об «объективности оценки» мы можем говорить только условно: принимая какой-то ее вариант за эталон «объективности».

Ни одно частное понятие не перекрывает всего множества явлений психического отражения человека. А научная необходимость такого охвата есть. Осознание её привело к использованию общей номинации - «психическое отражение». Практически одновременно и независимо друг от друга это сделали в 1979 г. Я.Л. Коломинский и Б.А. Еремеев. Правда, Я.Л. Коломинский дополнил свою номинацию определением «межличностное». Позже Г.М. Андреева, говоря о социальном познании, сочла, что выражение А.А. Бодалева «познание человека человеком» является наиболее подходящим (1997).

Для того, чтобы охватить все явления психического отражения человека человеком, мы предложили двумерную классификацию (Еремеев Б.А., 1977). В отличие от классификаций Г.М. Андреевой (1977) и В.В. Максимова (1980), у нас основанием стала опосредованность отражения, а не специфика его субъекта и объекта.

Отражение характеризуется единством объективного (содержания) и субъективного (формы). Общепсихологический потенциал понятий «средство» и «опосредствование» конкретизировали Л.С. Выготский и А.Н. Леонтьев. Корни же исследовательского внимания к соответствующим характеристикам реальности мы находим в «Рефлексах головного мозга» И.М. Сеченова. Социально-психологический потенциал понятия «опосредованность» конкретизировал Б.Д. Парыгин (1975).

В опосредованности отражения мы различаем объективный и субъективный аспекты. Объективная опосредованность может отсутствовать: во взятый момент может иметь место непосредственный контакт между источником и носителем образа. Опосредованность может быть только временн?й, - если непосредственный контакт был в прошлом. И опосредованность может иметь вещный («предметный») характер, когда образ объекта формируется у субъекта только на основе косвенной информации, без прямого контакта с объектом отражения.

Субъективная опосредованность отражения также может отсутствовать (предельный, абстрактный случай) - при получении лишь текущей информации об объекте. Получение информации может иметь фон в виде субъективного опыта - уже имеющейся информации об объекте, полученной ранее. Максимальная субъективная опосредованность обеспечивает опережающее отражение - как выход за рамки объективно данного.

(Отметим, что осознание этой триады имеет прочные исторические корни. В частности, её выделил Аврелий Августин: «Настоящее прошедшего - ВОСПОМИНАНИЯ. Настоящее настоящего - СОЗЕРЦАНИЕ. Настоящее будущего - ОЖИДАНИЕ». Цит. по: Арсеньева З. Окно в глубокую... //Петербургский Час пик. № 32 (342). 04.08.2004. С.15.)

Сочетание градаций по обоим основаниям, по объективной и субъективной опосредованности, дает девять вариантов (см. таблицу). При прямом контакте носителя образа с его источником - это «первое впечатление», это восприятие на его основе и это ситуативное предвосхищение (антиципация). При наличии прямого контакта в прошлом - это единичное представление по первому впечатлению, обобщающее (в частности, «групповое») представление и обобщенное ожидание. При наличии взаимодействия, только опосредованного так или иначе, имеют место:

а) реконструкция объекта в условиях восприятия некоторых его признаков или отображений (следов, знаков);

б) вторичная, воспроизводящая реконструкция - как воспоминание сложившейся ранее модели объекта;

в) конструирование объекта, выходящее за рамки сущего и бывшего, или идеализирующее ожидание - воображение некоего должного как предела, абсолюта, совершенства (с любым знаком: и с «плюсом», и с «минусом»).

Предложенная классификация охватывает все множество явлений психического отражения человека человеком. Но реальность заведомо богаче любой схемы. Наша классификация дискретна - как учитывающая качественно своеобразные варианты в пределах взятого множества. Описываемая же классификацией субъективная реальность континуальна - как соотносимая с объективной реальностью. В схеме (см. таблицу) реализуется квазистатический структурный анализ, позволяющий судить и об элементах взятого множества (образах), и о функциях образов, и об их генезе (Ю.М. Забродин, О.В. Ронжин, В.Ф. Рубахин (1976)).

В отдельном образе человека могут быть учтены признаки всех выделенных вариантов, нескольких из них или даже признаки только одного варианта. В каждом отдельном случае для исследователя могут быть актуальны различные признаки отражения или их комплексы («синдромы»). Грани, выделяемые при взглядах с различных сторон, фактически едины, как грани одного целого. И это единство аналогично единству интеллектуального, эмоционального и волевого во всяком конкретном психическом акте (С.Л. Рубинштейн).

Таблица 1. Классификация образов по опосредованности взаимодействия

Опосредованность взаимодействия субъекта и объекта отражения
субъективная: объективная:
отсутствует: есть контакт обеспечена временем: контакт - в прошлом имеет пространственно-временной, или «вещный» характер
имеет экстраполяционный характер: субъект выходит за рамки ситуации ситуативное предвосхищение: антиципация обобщенное (нормативное) ожидание ожидание с абсолютизацией: идеал
обеспечена временем: есть опыт взаимодействия восприятие: как узнавание и опознание обобщенное представление воспроизведение модели
отсутствует: нет опыта взаимодействия первое впечатление: запечатление представление по первому впечатлению: воспоминание моделирование в процессе восприятия

В отдельном образе человека могут быть учтены признаки всех выделенных вариантов, нескольких из них или даже признаки только одного варианта. В каждом отдельном случае для исследователя могут быть актуальны различные признаки отражения или их комплексы («синдромы»). Грани, выделяемые при взглядах с различных сторон, фактически едины, как грани одного целого. И это единство аналогично единству интеллектуального, эмоционального и волевого во всяком конкретном психическом акте (С.Л. Рубинштейн).

Строки и столбцы таблицы акцентируют различные грани психики как деятельности. Варианты отражения по основанию объективной опосредованности предполагают разные формы (уровни?) субъективной активности. Это, прежде всего, получение информации - при непосредственном контакте с объектом. Это использование полученной ранее информации - при субъективном воссоздании объекта на основе контакта с ним, имевшего место в прошлом. И это преобразование имеющейся информации - как полученной когда-то, так и поступающей в данный момент - для моделирования объекта.

Варианты отражения по основанию субъективной опосредованности (точнее, здесь - «опосредствованности») предполагают различные функции психики. При отсутствии субъективного опосредствования подчеркивается, прежде всего, адаптивность психики. Подстройка к объекту, настройка на него - главное при первом впечатлении, при воспоминании на его основе и при моделирующем восприятии. Актуализация единиц опыта обнаруживает его «информационно-осведомительную» роль, которая наиболее полно реализуется при сличении единиц опыта как субъективных эталонов с текущими впечатлениями. Это и апперцепция, и представления разной обобщенности, и сформированные когда-то на чувственной основе модели. Варианты отражения, выходящего за рамки наличной ситуации, обнаруживают регулятивный потенциал отражения. Антиципация, ожидания разной обобщенности и идеалы суть психические образования с явным прогностическим потенциалом. Родовое понятие для них - «опережающее отражение», или «прогнозирование» (по Л.А. Регуш (1985, 2003)).

Последовательность диагональных элементов в таблице, от отсутствия опосредованности до ее максимума, раскрывает генез отражения: от первого впечатления до идеала. Центральное место среди девяти элементов занимают представления. Они суть практические субъективные эталоны по отношению ко всем остальным психическим явлениям. Представления образуют когнитивное ядро субъективного опыта и во многих случаях познания не только лежат в его основе, но и прямо входят в «ткань» других познавательных явлений.

Таким образом, наша мезофеноменологическая классификация обнаруживает структурный и функциональный потенциал, позволяющий рассматривать её как общую модель психического отражения и отдельных его «молекул» - образов, в частности, образов человека у человека.

Опубликовано: Развитие психологической науки и практики в Дальневосточном регионе: Материалы региональной научно-практической конференции 21-22 октября 2004 г. - Благовещенск: Амурский гос. ун-т, 2004. С.27-31 (0,31 а.л.)