ЛК-4. Измерение при познании различных объектов

Начнём с характеристики того, где и когда появляется измерение (п.1). Затем познакомимся с характеристикой самогó измерения (п.2). Посмотрим также на сложности и трудности познания и измерения психики (п.3).

1. Познание

2. Измерение

3. Психометрия: измерение психики

1. Познание

В познании действительности человеком разводятся непосредственное и опосредствованное познание. Непосредственное познание обеспечивают своей работой особые подсистемы организма – органы-анализаторы. Познание опосредствованное обеспечивают социокультурные знаковые системы и, прежде всего, национальные языки.

Языковое познание – это осознание действительности. В нём будем различать бытовой уровень, или эмпирический, и научный уровень, или теоретический.

Исходный момент теоретического познания – это осознанное разведение явлений и сущностей. Осознаваемый мир явлений дан не­посредственно, через органы-анализаторы; он обозначается как «чувственный опыт». Осознаваемый мир сущностей неочевиден, скрыт; для обнаружения в нём отдельностей требуется особая активность познающего. Этот мир обозначается как «отвлечённое знание».

Однако «сущность является», а «явление сущест­венно» (Г. В. Ф. Гегель (1770-1831)). Поэтому теория с эмпирией в познавательной деятель­ности едины. А цель человеческого познания как деятельности – оптимизировать субъективную картину мира: сделать её понятной, простой, удобной в использовании при ориентации в мире. И само разве­дение уровней познания – это один из результатов аналитической рефлексии у познающих людей: результат осознания ими различных компонентов самогó познания.

Все познавательные действия базируются на двух самостоятельных, хотя и пересекающихся стратегиях: дедуктивной и индуктивной. При дедуктивном подходе к реальности проверяются имеющиеся предположения (или ожидания, идеи, догадки). При индуктивном подходе делаются выводы из имеющихся фактов, или формулируются идеи. Тот и другой подходы ситуативны: они используются в отдельных исследованиях, в отдельных группах исследований, отдельными исследователями, отдельными науч­ными школами. А изучение чего бы то ни было в науке – это процесс, непрерывный и бесконечный (в пределах существования науки). Научное изучение действительности предполагает обе стратегии, дедуктивную и индуктивную, и их последовательность и/или одновременность во множестве исследований.

Наличное знание о действительности и активность познающего человека определяют базовые формы, или общие методы познания. Это наблюдение, экспери­мент и моделирование.

Наблюдение в самом общем виде – это фиксация существующего в мире явлений. Чем меньше вмешательство познающего человека в естест­венный ход вещей, тем более качественным признается наблюдение. Научное наблюдение должно быть целенаправленным, избирательным, планомерным, систематичным, до­кументированным.

Эксперимент – это создание условий, в которых взятый объект проявляет себя так, как это нужно исследователю. Эксперимент аналитичен и абстрак­тен. В «чистом» эксперименте предельно уменьшается влияние всего мно­жества возможных (неконтролируемых) причин и ведётся тщательное на­блюдение за тем, чтó контролируется, в том числе – за проявлениями объекта. (См. выше характеристику научного наблюдения).

Моделирование – это воспроизведение известного о действительности для получения нового знания о ней. Модель конкретна, в отличиеот абстрактного эксперимента. Она конкретна в своих теоре­тических (понятийных, в частности, математических) формах. Она конкретна и в эмпириче­ских, или вещественных формах, в частности, как схема на плоскости или как пространственный макет. Модель формируется при обобщении результатов многих наблюдений и экспери­ментов; она формируется по аналогии с тем, что уже хорошо известно. Модель «ведёт себя», проявляет себя так или иначе. За ней наблюдают, над ней экспериментируют, и это даёт материал для создания новых моделей, которые раскрывают действи­тельность для познающего под нужными углами зрения и в нужных масштабах.

Выделенные методы являются «условными точками» на спирали позна­ния. Реальные познавательные формы занимают на этой спирали «отрезки» разной длины и с разной локализацией. К тому же они всякий раз по-своему конкрети­зируются в отдельных исследованиях и на разных этапах одного исследования.

Важно различать дедукцию и индукцию – как познавательные стратегии. Важно различать на­блюдение, эксперимент и моделирование – как базовые методы, как ступени познания. Такое различение входит в исходные теоретико-методологические основания для отдельного исследования. Иссле­дование имеет этапы, на каждом из которых актуальны свои способы дейст­вия. В их числе организационные методы, методы получения (сбора) инфор­мации, методы её качественного (!) и количественного описания, методы оценки и интерпретации результатов, методы их оформления (представле­ния).

В теоретическое основание для исследовательской работы входит и общее знание об объекте науки (об «объекте изучения»). А в частности, каждый раз в такое основание входит имеющееся знание уже об особом объекте в данном исследовании. Такое знание конкрети­зируется в концептуальной модели объекта, которая объединяет его существенные качества. Эта модель находит себе зна­ковое выражение, например, при определении исходных понятий исследования. И тогда говорят, что «модель эксплицируется», или, так или иначе, воплощается. Модель может оставаться втуне, подспудно, или быть имплицитной. Но и тогда она обнаруживает себя, так или иначе, но уже только косвенно, через различные проявления исследователя: как индивида, личности, персоны, субъекта, индивидуальности.

И всегда, на практике и в теории, встаёт вопрос о том, какие качества действительности ситуативно актуальны; какие качества должны быть включены в отображение действительности посредством её ситуативного моделирования.

 

2. Измерение

Исследователисамогó измерения помещают его между теорией и эмпи­рией (Берка К. Измерения: Понятия, теории, проблемы: Пер. с чешск. – М.: Прогресс, 1987. С.24-48, 277). При проведении любого исследова­ния об измерении речь заходит, когда познающего человека уже не удовле­творяет простая детализация взятого фрагмента (или аспекта) действительно­сти. Наличие множества однородных явлений создает неопределённость, ко­торую нужно преодолеть. Нужны заключения о сравнительном состоянии взятых отдельностей (Пиотровский Я. Теория измерений для инженеров: Пер. с польск. – М.: Мир, 1989. С.8).

Измерение рассматривается как особая фаза в процессе последовательных приближений, посредством которого происходит расширение, организация и переструктурирование знаний. Эта фаза связана с предыдущей и после­дующей фазами и не может рассматриваться без их учёта. Как и другие фазы, эта фаза рассмат­ривается как непрерывное изменение. Причём каждое изменение (переструктурирование) является одновременно и инструментом, и объектом познания (Рёшлен М. Измерение в психологии // Экспериментальная психология / Ред.-сост. П. Фресс и Ж. Пиаже. Вып. 1-2: Пер. с фр. – М., 1966. С.235).

На фазе, предшествующей измерению, происходит категоризация качеств (см.: ЛК-3. Качества социальных объектов). На фазе, следующей после измерения, происходит осмысление результатов измерения.

Такое понимание становится для нас исходным. Специализация и конкре­тизация измерения базируются на определении исходных понятий исследова­ния; определения предшествуют измерению. Но специализация и конкре­тизация измерения базируются также и на предполагаемом использовании ре­зультатов измерения (Рёшлен М., 1966. С.232).

Есть авторы, которые считают, что измерение – это «приписывание чисел» выделенным квантам действительности. Такое определение встречается в некоторых словарях, в учебных и в методических по­собиях, в научных работах.

«Приписывание чисел» является одним из возможных формальных отображений действительности. То или иное формальное отображение выбирается исследователем «из конструктивных соображений»: для удобствапри оперировании с фактическим материалом. «Приписывание чисел» предпола­гает наличие некоторого множества чисел, которое является внешним по отношению к взятому множеству явлений, подлежащих измерению. (Например, предполагается измерение множества состояний, или вариантов выраженности качества).

Стэнли Смит Стивенс (1906-1973) в 1951 г. выделил четыре таких множества чисел, или четыре вида «шкал». В их числе номинативные шкалы, последовательные, интервальные и шкалы отноше­ний. (См.: Берка К., 1987. С.142; Ломов Б. Ф., Николаев В. И., Рубахин В. Ф. Некоторые вопросы применения математики в психологии // Психология и математика / Отв. ред. В. Ф. Рубахин. М.: Наука, 1976. С.16-18; Рёшлен М., 1966 и др.).

Номинативная (номинальная) шкала задаётся конечным множеством разнородных элементов, или знаков, каждый из которых обозначает множество (или категорию) однородных объектов. Таковы слова любого национального языка.

Последо­вательную шкалу задает линейно упорядоченное множество элементов (знаков), значения которых меняются однонаправленно.

Шкалу равных интервалов задаёт последовательность, в которой предыдущий и последующий элементы (знаки) равноудалены от каждого взятого (промежуточного) элемента.

Шкалу отношений образует последовательность, в которой каждый следующий элемент (знак) кратно соотносится с предыдущим, причём есть определённая точка отсчёта (в частности, «ноль»).

Кроме универсальной базовой классификации шкал используются и другие их классификации. Владимир Николаевич Дружинин (1955-2001) предложил свою классификацию, в которой выделил такие шкалы: разностная, абсолютная, ординальная (порядковая) с естест­венным началом, лог-интервальная, упорядоченная метрическая. (Экспериментальная психология: Учебное пособие. – М.: ИНФРА-М, 1997. С.188).

Будем иметь в виду, что «приписывание чисел» – только внешняя и частная сторона дела. Если акцент на ней абсолютизируется, то это служит формаль­ным предлогом для сведèния измерения к счёту, а качественно-количествен­ного описания – к количественной обработке. И это осознаётся профессионалами: «Операция приписывания чисел объекту» фактически вторична (Дружинин В. Н., 1997. С.28).

Внутренняя, содержательная сторона измерения раскрывается, когда мы конкретизируем действия познающего человека, который устанавливает отноше­ния между измеряемым и измерителем. Об отношениях как объекте матема­тики говорят практически все, кто профессионально размышляют об измерении. И все они рас­сматривают измерение как особое действие. Например, как определение связи между двумя величинами (Пиотровский Я., 1989. С.245). Или как изоморфное отображе­ние эмпирического множества («системы») в числовое множество («систему») (Пфанцагль И. Теория измерений: Пер. с англ. – М.: Мир, 1976. С.28).

Познать отношение можно, только устанавливая это отношение. Поэтому измерение как практическое действие – это всегда соотнесение одного объекта, мало изученного, с другим объектом, более известным и приня­тым за эталон. В результате вскрывается сравнительная выражен­ность актуального (эталонного) качества у исследуемого объекта.

Таким образом, здесь всегда учитываются два объекта, один из которых принят за «точку отсчёта». Учитывается наличие у обоих объектов объединяющего их атрибута (качества). Учитывается действие познающего – соотнесение двух объектов, в частности, по выра­женности взятого атрибута. Иными словами, проводится сравнение. И результатом становится характеристика измеряемого на «языке» измерителя (меры, эталона). Взятая эмпирическая мера (эталон) оказывается полномочным представителем интересующей нас теоретической сущности( качества).

При целенаправленном познании всегда появляются вопросы о фиксации, сохранении и использовании познающим человеком результатов проведённого измерения. Или об обозначении того, что измерено. Объективная форма результата задана предметной областью его существования. Общая субъективная форма обозначения результата – это его категоризация, или отнесение к однородному множеству. Различаются общие виды категоризации: на­глядно-образная, словесная, числовая, символическая. Объективируется ка­тегоризация в знаках, которые опосредствуют её существование и для других людей (через их восприятие), и для са­мого автора категоризации, установившего связь между выделенным множеством и его обозначением.

Ситуативное разнообразие измерений очень велико и ограничено только практической целесообразностью. Неизменна (инвариант­на) сущность измерения – соотнесение по актуальному основанию. В частности, – это соотнесение исследуемого эмпирического факта с теоретиче­ским конструктом, который воплощён в эталоне, имеющем общую природу с фактом. И с этой стороны измерение – это мыслительный акт, или суждение о выраженности актуального атрибута (качества).

Существенно, что на практике измерение всегда выступает как ряд последовательных приближений. При этом естественна смена мер, смена эталонных объектов. «Застревающее» использование одного и того же инструмента издавна («от века») критикуется как ограниченное, как свидетельствующее об абстрактной позиции. И это отображено в речевой культуре: от ссылки на «прокрустово ложе», через выражение «заставь дурака богу молиться…», до анекдота о пьяном, который ищет то, что он потерял, только около стационарного источника света. Преодоление подобного «застревания» – одна из важных практических задач в повседневной жизни, в различных её сферах.

 

3. Психометрия: измерение психики

В гуманитарных науках самым сложным (и трудным) объектом познания признаётся психика, или, по-русски, душа. Но и психика подлежит измерению.

Психометрия – это измерение души (или психики). О трудностях познания и, в частности, измерения души знает каждый психолог, к какой бы школе он ни принадлежал. Процитирую: «Прежде всего, оказывается весьма трудным и даже невозможным изолированное рассмотрение психиче­ских явлений, вне их связи с социальными, биологическими, физическими явлениями. …Наличие множественных внутренних связей и зависимостей в системе психических явлений весьма затрудняет их расчленение. Наконец, надо отметить трудности моделирования психических явлений». Конец цитаты. (Ломов Б. Ф., Николаев В. И., Рубахин В. Ф., 1976. С.12). В этом высказывании отображены: (а) разведение психики и не-психики; (б) разведение и соотнесение различных психических явлений и (в) проникновение во внутреннюю структуру отдельных психических явлений.

Будем трактовать сказанное как оценку возможности различать отдельности на разных уровнях познания психики. Во-первых, важно различать психику и не-психику (макро-уровень). Во-вторых, важно различать психические явления (психические образования разной обобщённости) в рамках ду­шевной жизни (мезо-уровень). И, в-третьих, важно познавать внутреннее строение взятой пси­хической отдельности и различать при этом её компоненты – элементы и отношения (микро-уровень). Начнем нашу конкретизацию с макро-уровня.

Психику отличает:

(а) от физических тел (объектов) – её идеальность. Идеальность понимается как бесплотное, невещественное, «иное бытие» объекта в форме его принадлежности, или данности, субъекту, в форме особого атрибута (качества) субъекта;

(б) от физиологических явлений (от организменных отправлений носителя психики, её субъекта) психику отличает её отнесённость к объекту, или её предметность: в форме качественной определённости объекта-для-субъекта;

(в) от механического движения психику отличает её «свободная активность»: в поведении одушевлённого существа, в отличие от регулярной устойчивости механического движения, нет однозначности;

(г) от социальных явлений психику отличает её субъективность, имеющая две формы. Это субъективизм, или предвзятость, пристрастность отношения к действительности у носителя души. И это субъектность, или выраженная активность у носителя души в сравнении с окружающими его отдельностями. Субъект ведёт себя среди других объектов действительности; субъект преодолевает их сопротивление и/или сопротивляется их негативным воздействиям.

Итак, психика отличается от физических явлений, от физиологических отправлений организма, от механических движений и от социальных явлений. В отличие от не-психических, психические явления можно позна­вать только опосредованно и опосредствованно.

Опосредованность познания психики произ­водна от самой её природы как особого объекта познания. И познание психики опосредуется её отношениями с породившими её ус­ловиями. Ведь она находится в определённых отношениях с различными компонентами породившей её ситуации – как её субъективный компонент. Так, психика зависит от своего источника, от своего носителя, от взаи­модействия носителя с источником. И психика влияет на породившую её ситуацию и на компоненты этой ситуации: на своего носителя, на источник, на их взаимодействие. Причем общие варианты отношений (зави­симость, сопринадлежность, влияние) обнаруживают себя как тенденции, в отличие от жестких механических связей. И с этой стороны при познании пси­хики для нас существенно изменение её проявлений, или, в общей форме, – движения различного рода. Это подчёркивали И. М. Сеченов, Н. А. Бернштейн, Л. С. Выготский, А. Н. Леонтьев, В. П. Зинченко и Е. Б. Моргунов и многие другие учёные.

Движения воплощаются в самых различных формах. Это, прежде всего, отправления организма и внешний облик носителя психики. Это также по­ведение человека, выразительное и инструментальное. И это человеческая деятельность: её процесс и её продукты (Бодалев А. А. Восприятие человека человеком. – Л., 1965). Множество проявлений психики человека для того, кто её познаёт, В. Н. Панферов назвал «психологией человека» (Психология человека. Учебное пособие. – СПб., 2000).

И с точки зрения познания психики, любые её вещественные проявления являются знаками, потенциальным эмпирическим материалом для психологического исследования. Как только исследователь начинает с ними оперировать, они становятся предметом, в котором следует распознавать сами душевные движения, которые являются объектом в психологических исследованиях. Использование зна­кового потенциала у предмета исследования при распознавании его объекта всегда полностью зависит от исследователя.

Опосредствован­ность познания психики производна от природы субъекта – познающего человека, который включает психику как объект действительности в сферу своих познавательных интересов. Поэтому познание психики опосредствуется активностью познающего человека. Человек как исследователь действует, устанавливая отношения между психикой и не-психикой. С какой стороны берётся ситуация, в которой рождается «субъективное инобытие объекта», под каким углом зрения? Какова точка отсчёта в установлении от­ношения между психикой и не-психикой? Каков масштаб подхода к выделен­ной реальности? Каковы пределы взятой предметной области? – Ответы на все эти вопросы кон­кретизируют «сцену», на которой разворачиваются познавательные действия. Эти действия буквально вытекают из опыта познающего; они же и обеспечивают развитие этого опыта: его расширение и реорганизацию. Функциональными единицами познавательных действий являются универсальные мыслительные операции. В их числе анализ и синтез, абстра­гирование и конкретизация, обобщение и специализация, сравнение, – а также производные от них: категоризация, типизация, схематизация, класси­фикация...

Опосредованность и опосредствованность познания психики едины в конкретных действиях и в деятельности познающего. Однако отдельные ис­следования обнаруживают склонность тех, кто их проводит, к дедуктивной или к индуктивной парадигме. И в рамках отдельного исследования нужен действительный синтез стратегий. И он имеет место, когда модель учитывает природу предмета исследования – эмпирического материала. Именно в нём зарождаетсямера, рождаются эталоны как исследовательский инструментарий, находя­щий себе предметное воплощение, в том числе и «приборное» . Производится внешняя объективация познавательной деятельности в виде методик и технологий.

Выявление «функциональных единиц» эмпирического материала и по­следующее их структурное описание в семиотическом плане представляет собой синтактику: вскрываются отношения между знаками. Учитываются единицы значащего поведения, или бихевио­ремы. (Ср. единицы у последователей Л. С. Выготского: «орудийные дейст­вия» (Зинченко В. П., Моргунов Е. Б. Человек развивающийся. Очерки российской психологии. – М., 1994. С.141)). Учитываются парные отношения между единицами. Бе­рётся конечное множество единиц – их тезаурус. Выявляется композиция би­хевиорем на взятом их множестве по актуальным парным отношениям.

Когда предметом становится речевое поведение, естественные для пси­холога «функциональные единицы» – это слова как «живые клетки созна­ния» (Л. С. Выготский). Среди вероятных парных отношений между словами самые общие – это ассоциации. Тезаурус, или перечень подходящих слов, в семиотическом плане задаётся прагматически. Это значит, что словарь высказываний зависит от социальной ситуации разговора, от его темы и от объёма речи, раскрывающей взятую предметную область. Актуальные варианты композиции у взятой предметной области вскрываются посредством моделей, подходящих, с точки зрения исследователя.

Структурированию предмета большое внимание уделяют отечественные разработчики «экспериментальной психосемантики»: В. Ф. Петренко, А. Г. Шмелев, их коллеги и последователи. Специфично для работ этого направ­ления то, что исходными бихевиоремами являются оценки: соотносящие су­ждения, которые выносятся испытуемыми по поводу предложенных стиму­лов. Таким образом, психологический объект в этих экспериментах – это множе­ство актов элементарного субъективного синтеза.

Структурирование эмпирического материала открывает путь к мыслен­ному восстановлению субъективной реальности, к её оценке и интерпрета­ции. То есть, устанавливается отношение между знаком и значением. А это уже проблемы семантики – третьей составляющей семиотического подхода. Здесь прямо заявляет о себе принцип взаимной многозначности отношения между сущностью и явлением, между объектом и предметом. В отечествен­ной психологии рефлексия этого принципа особенно проявилась в работах В. С. Мерлина, В. А. Ганзена, Г. П. Щедровицкого.

Таким образом, при познании психики исследова­тель действует со знаками. В частности, исследователь соотносит эмпирический материал с его эталонным вариантом. Эталон воплощает в себе модель исследуемого объекта – фрагмента субъективной реальности. Исследователь сравнивает однородные объекты. («Подобное познаётся подобным»). Между разнородными объектами исследователь устанавливает связи и/или соотношения. Связи объективны; они не зависят от познающего, который их выявляет. Соотношения субъективны: их познающий устанавливает по своему усмотрению.

Мера и измеряемое всегда имеют одну природу, обладают одним и тем же общим качеством. По результатам своих операций со знаками исследователь судит о значениях, в частности, об исследуемых фрагментах субъективной реальности в сравнении с их моделью . Психометрия выступает как измерение при психологическом познании: при познании психики (души), опосредствованном научным знанием о ней.

Частная конкретная форма психометрии в отдельном исследовании, «заземлённая» на определённый эмпирический материал, выступает как психометрика. Её своеобразие задано именно этим материалом, взятым в качестве предмета, в соответ­ствии с представлениями исследователя о своём объекте. Единицы первич­ных измерений зависят от исходной дробности предмета. Множество составляющих его элементов (формально – «точек») образует первичную,номинативную шкалу. На базе её формируются все возможные варианты производных шкал. И все они рассматриваются как ситуативно-функциональные меры, адекватные природе исследуемой реальности.

Первичные измерения определяются знаковой природой субъективной категоризации при познании действительности. Все «живые примеры» того, каковы об­разы социальных объектов, каковы их самые устойчивые элементы, каковы наборы таких элементов, предлагаемые в форме номинативных шкал, – всё это на практике выражено и воплощено, прежде всего, в словесной форме.

Производные измерения базируются на распределениях количественных показателей, описывающих учтённые множества слов. Переход от одних мер к другим диктуется логикой «последовательных приближений» к исследуе­мой субъективной реальности, логикой взаимного «поворачивания» выде­ленных аналитических единиц, их «анализом через синтез».

Такое познание требует от исследователя постоянной рефлексии своих действий. Важнá рефлексия того, что опери­ровать приходится знаками, а судить следует о значениях (в том числе – о психической реальности). Важно рефлексировать тó, что взятая предметная область имеет границы. То, что качественно-количественное описание предмета ведётся на фоне предмета и в его пределах. И то, что изменение ра­курса и масштаба описания всегда связано с изменением границ предметной области и с изменением подходящих мер (эталонов).

Например, такие качества, как актуальные мотивы в одной жизненной ситуции у ребёнка, у взрослого и у старика, проявляются по-разному. И при их измерении нужны различные меры. То же касается умений как владения определёнными способами действия. То же касается и привычек как автоматизированных схем поведения (или как смысловых установок человека).

В ситуации социальной работы, при оказании услуги, картина происходящего, его качество, оказывается различным для участников ситуации. Для социального работника, оказывающего помощь, и для его подопечного, получающего эту помощь, различны критерии ( меры оценки) при восприятии и понимании происходящего. Поэтому субъективные, или психологические, позиции обеих сторон измеряются с использованием различных мер. А вот объединяющая их объективная ситуация социальной работы требует измерения уже посредством общих мер – посредством социальной квалиметрии.

Итак, в лекции рассмотрены: познавательный контекст для измерения, собственная природа измерения и особенности измерения в предметной области психологии, едва ли не важнейшей среди наук о человеке. На следующей лекции речь пойдёт о теории и практике квалиметрии.

 

 

Вопросы по «ЛК-4. Измерение при познании различных объектов» 

(ответы даются в форме завершения начатых высказываний)

«1а. Познание считается непосредственным, если оно …». (Происходит при каких условиях?).

«1б. Познание считается опосредствованным, если оно …». (Происходит при каких условиях?).

«2а.Осознать что-либо – значит … ». (Что сделать с ним?).

«2б. Индукция и дедукция – это …». (Что это такое, в общем? Какие познавательные стратегии? Постарайтесь обобщить, не повторяя определения той и другой).

«3. Наблюдение, эксперимент и моделирование различаются …». (Чем? По каким основаниям, или качествам?).

«4. Думаю, что элементы модели объединяются, в общем, …». (На каких основаниях? Или: По чему?).

«5. Я знаю, что иссл-ль проявляет себя:

5а. как индивид – … » (В чём?);

«5б. как личность – …» (В чём?) ;

«5в. как частное лицо (персона) – …» (В чём?) ;

«5г. как субъект деятельности – …» (В чём?) ;

«5д. как индивидуальность – …» (В чём?).

«6а. Думаю, что счёт и измерение различаются …». (Чем, в общем?)

«6б. Думаю, что счёт и измерение объединяются …». (Чем, в общем?).

«7. Для измерения образованности нужны …». (Какие обязательные условия, или обстоятельства? Назовите их, в общем).

«8а. Познание психики (души) опосредуется …». (Чем?). «Потому что …». (Почему?).

«8б. Познание психики (души) опосредствуется …». (Чем?). «Потому что …». (Почему?).

«9. Семантику, синтактику и прагматику объединяет …». (Что?). «В общем, я понимаю это как …» (Что? Дайте определение, по возможности, своими словами).

«10а. Связи, в общем, отличаются от соотношений …». (Чем?).

«10б. Соотношения, в общем, отличаются от связей …». (Чем?).

«11. Научное познание отличается от обыденного, прежде всего, …». (Чем?)

«12. Думаю, что субъективные позиции у соц. работника и у его подопечного объединяются … ». (Чем?).

_________________________