Микляева А. В., Румянцева П. В. Социальная идентичность личности: содержание, структура, механизмы формирования. Глава 2

2. МЕТОДОЛОГИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ СОЦИАЛЬНОЙ ИДЕНТИЧНОСТИ

Методология исследования социальной идентичности определяется спецификой этого психологического феномена. С одной стороны, социальная идентичность конструируется в реальном  взаимодействии людей как представителей социальных групп, для изучения которого наиболее адекватными являются экспериментальные процедуры. С другой стороны, для каждой конкретной личности, которая и является носителем социальной идентичности, ее содержание представлено в смысловой форме, что позволяет рассматривать в качестве важнейшей методологической парадигмы ее изучения психосемантический подход.

Экспериментальный подход к исследованию проблем социальной идентичности, будучи весьма популярным в западной психологии, на сегодняшний день не получил широкого распространения в отечественной научной традиции. Хотя в наших эмпирических исследованиях социальной идентичности он не применялся, мы решили остановиться подробнее на описании некоторых экспериментальных процедур, поскольку этот подход представляется нам весьма перспективным. Он был, по сути, заложен еще до выделения проблематики, связанной с формированием социальной идентичности личности, в отдельный раздел социально-психологического знания. В 1950-х г.г. М. Шерифом были проведены первые эксперименты, демонстрирующие, что источники межгрупповых отношений кроются не в мотивах отдельных личностей, а в ситуациях взаимодействия этих групп.

С появлением и развитием теории социальной идентичности обозначились и методически оформились отдельные исследовательские проблемы в этой области.

Одним из таких направлений  является экспериментальное изучение  процессов межгруппового восприятия и, в частности, ин-группового фаворитизма и аут-групповой дискриминации, базирующихся на содержании авто- и гетеростереотипов. В этих экспериментах участвуют либо реально существующие социальные группы, попадающие в ситуацию потенциально-конфликтного взаимодействия, либо такие группы формируются искусственным путем, на основе какого-либо несущественного признака, и затем замеряется отношение членов этих групп друг к другу. Например, в классическом эксперименте Г. Тэджфела студентам было предложено сравнить картины В. Кандинского и П. Клее и определить, на какой из них большей точек (это было возможно благодаря манере письма художников). На основе количества точек, названного студентами, были создано две группы - «сторонники Кандинского» и «сторонники Клее». Хотя в действительности студенты не являлись членами этих групп, Тэджфел  тут же заметил появление эффекта «мы» и «они», начали проявляться ин-групповой фаворитизм и аут-групповая враждебность. Как известно, в дальнейшем эти данные легли в основу идей Тэджфела о том, что причина межгрупповой дискриминации кроется в плоскости осознания людьми своей принадлежности к той или иной группе, а не в характере взаимодействия с представителями аут-групп (Андреева Г.М., 2008).

Отечественная психология, базирующаяся на принципах деятельностного подхода, интерпретирует эффекты межгруппового восприятия через призму содержания совместной деятельности групп. Первые отечественные эксперименты в этой области принадлежат В.С. Агееву. В них было получено экспериментальное подтверждение тому факту, что характер межгруппового восприятия опосредуется совместной деятельностью групп.

Например, в эксперименте, проведенном с участием студентов среднего учебного заведения в период сессии, реально существующие учебные группы попадали в разные условия, связанные с получением зачета по одному и тому же предмету (Агеев В.С., 1983). Студентам двух экспериментальных групп сообщалось, что, в зависимости от успешности их работы на семинарских занятиях, одна из групп получит зачет «автоматом», а вторая будет сдавать его традиционным путем (каждый студент будет отвечать на вопросы преподавателя). Преподаватели сообщали группам общую оценку их успешности, не уточняя, из чего она складывается. При этом в первом случае умышленно все время сообщалось о лидерстве одной и той же группы, а во втором - о попеременном лидерстве. В контрольной группе зачет «автоматом» был обещан не группе в целом,  а лишь тем участникам, которые лучше всех зарекомендуют себя в ходе семинарских занятий.

В ходе анализа полученных результатов в качестве показателей адекватности межгруппового восприятия рассматривались прогнозирование групповой победы в ситуации межгруппового соревнования,  объяснение причин победы или поражения своей и чужой групп в этом соревновании и представление о потенциальных успехах своей и чужой групп в различных сферах деятельности, не связанных непосредственно с экспериментальной ситуацией. Адекватность межгруппового восприятия оценивалась степенью предпочтения своей группы по указанным параметрам.

Выяснилось, что в условиях соревнования чаще наблюдаются реплики в поддержку своей группы и ее членов, используются местоимения «мы» и «они», регулируется выбор тех выступающих, которые могут увеличить шансы группы на победу, в том числе и с помощью давления на преподавателя. Таким образом, было показано, на идентификацию с группой и проявления ингруппового фаворитизма оказывает влияние характер деятельности группы (в данном случае - ситуация соревнования).

Также экспериментальному изучению могут подвергаться содержание социальных стереотипов и механизмы его трансформации. В качестве примера можно привести экспериментальную процедуру, предложенную Ю.В. Рябовой (2001), направленную на исследование содержания возрастных стереотипов, которая смоделирована в полном соответствии с классическими методами исследования социальных стереотипов. Три группы  испытуемых, независимо друг от друга, получают задание описать человека, которого они видят на предъявляемой фотографии. Изображение при этом размыто настолько, что отчетливо различим только силуэт человека. Первой группе испытуемых сообщается, что на фотографии изображен ребенок, второй - взрослый, третьей - пожилой человек. Полученные автором результаты позволяют охарактеризовать содержание возрастных стереотипов,  распространенных в современном российском обществе.

Интересная экспериментальная процедура предложена и апробирована на американской выборке S. Sinclair, J. Huntsinger, J. Skorinko и С. Hardin (2004). Она позволяет проверить так называемую «гипотезу настройки» на партнера как механизма трансформации тех элементов представлений человека о себе, которые базируются на содержании социальных стереотипов.

Первым этапом данной экспериментальной процедуры является информирование участника о том, что ему предстоит делать в ходе эксперимента: испытуемому сообщается, что он на протяжении определенного количества времени должен будет общаться с другим участником эксперимента. В начале эксперимента испытуемый заполняет автобиографическую анкету, содержащую в том числе информацию о его дате рождения. Через некоторое время ему сообщается дата рождения и пол партнера, с которым ему предстоит общаться в ходе эксперимента. Для контроля мотивационной включенности испытуемого в эксперимент варьируются сообщаемые ему условия  предстоящего взаимодействия. Первым условием является сообщаемая экспериментатором дата рождения предполагаемого партнера по взаимодействию (предполагается, что совпадающие даты рождения являются фактором, усиливающим мотивацию к взаимодействию). Второе условие заключается в длительности взаимодействия с этим партнером (5 или 30 минут), причем ожидание более длительного взаимодействия связывается с более высоким уровнем мотивации. Таким образом, испытуемым, попавшим в условия повышенной мотивации, сообщается, что они на протяжении 30 минут будут общаться с человеком, родившимся в тот же день, что и они. Условия сниженной мотивации формируются путем информировании испытуемого о предстоящем пятиминутном общении с человеком, имеющим другую дату рождения.

Затем испытуемым предлагается заочно познакомиться с будущим партнером по взаимодействию, узнав, каким образом тот описал сам себя в ходе анкетного опроса. Испытуемый получает сведения о самооценке потенциальным партнером некоторых личностных свойств, а также о том, разделяет ли тот распространенные расовые и гендерные стереотипы. После этого его просят заполнить аналогичную анкету для предоставления информации будущему партнеру. По завершении этой работы испытуемого благодарят за участие в эксперименте и сообщают ему, что эксперимент на этом закончен.

В исследовании, проведенными разработчиками процедуры, испытуемыми выступали женщины. Было показано, что женщины, мотивированные на взаимодействие и сталкивающиеся с партнером, для которого характерны гендерные стереотипы, включают в самоописания значительно больше характеристик, отражающих стереотип фемининности, нежели испытуемые из параллельной группы, не мотивированные на взаимодействие с партнером, то есть «настраиваются» на партнера. Экспериментальное подтверждение этих данных на российской выборке на сегодняшний день не проводилось.

Разработаны также экспериментальные процедуры, направленные на изучение закономерностей формирования социальной идентичности в период детства. Так, например, M. Bennett и F. Sani (2008) предлагают следующий способ оценки степени идентификации детей (начиная с 5-летнего возраста) с теми социальными группами, принадлежность к которым они декларируют в самоописаниях (на примере гендерной идентичности). На основе экспертной оценки педагогов выбираются несколько мальчиков и несколько девочек, которые, во-первых, хорошо знакомы всем ребятам в группе, а, во-вторых, были бы типично маскулинными или типично фемининными соответственно. Затем в ходе индивидуальных бесед с каждым испытуемым экспериментатор интересуется, насколько, по мнению ребенка, он похож на каждого из этих десяти детей. Ответы оцениваются по 3-балльной шкале от 1 - «не похож» до  3 - «очень похож». По данным исследователей, уже в 5-летнем возрасте дети склонны считать себя подобными представителям собственной гендерной группы и противопоставлять аут-группе, причем в случае взаимодействия с  другой гендерной группой эта тенденция усиливается. Эти данные получены на шотландской выборке, однако частично подтверждаются и результатами российских исследований, представленных, в частности, в главах 3-4.

 

Психосемантический подход к исследованию социальной идентичностив большей степени распространен в отечественной психологии. Психосемантика позволяет реализовать на практике теоретико-методологические принципы социального конструкционизма, поскольку «стоит на позиции множественности возможных моделей мира, на идее плюрализма истины и, как следствие, на идее множественности путей развития отдельного индивида, общества, страны, всего человечества» (Петренко В.Ф., Митина О.В., 1997, с. 105.). Экспериментальная психосемантика позволяет увидеть мир глазами самого субъекта, а результаты исследования высвобождаются от влияния системы значений самого исследователя, что позволяет продвинуться в сторону разрешения вечного противоречия научной психологии между стремлением к «объективизации» и «стандартизации» полученных данных и необходимостью учитывать индивидуальность и неповторимость внутреннего мира каждого человека (Шмелев А.Г., 1982). В психосемантике личность - это не сумма «объективных» характеристик, а «носитель определенной картины мира, ... микрокосм индивидуальных значений и смыслов» (Петренко В.Ф., 1997, с. 6).

Психосемантические методы основаны на работах Ч. Осгуда и теории личностных конструктов Дж. Келли и включают в себя использование как качественно-количественного анализа (контент-анализа), так и аппарата многомерной статистики для выделения категориальных структур сознания субъекта. Собственно психосемантические методики сбора эмпирических данных разнообразны и включают с себя вариации процедур Семантического дифференциала,  Репертуарных решеток, Множественных идентификаций. Однако применение психосемантической методологии допустимо и к анализу результатов, полученных с помощью других, в частности, опросных методов.

Так, для изучения структуры социальной идентичности возможно использовать методику  «Десять Я» (другое название,традиционно используемое наряду с первым - «Кто Я?»), применение которой в целом решает задачу изучения Я-образа испытуемых. Она была разработана M. Kun и T. McPartland (1954), которые исходили из идеи о том, что данная методика позволяет определять социальные и личностные идентификации человека, существующие в форме установок в адрес самого себя.

Испытуемым   предлагается следующая инструкция: «Ответьте, пожалуйста,  на вопрос «Кто Я?», использовав для этой цели 10 слов или предложений». В итоге исследователь получает самоописание испытуемого, которое является отражением его субъективных представлений о самом себе. В нашем исследовании обработка полученных результатов проводилась помощью контент-анализа. В качестве анализируемых категорий выделялись «личностные характеристики» и «социальные характеристики», причем последние классифицировались соответственно компонентам социальной идентичности личности: гендерному, этническому, возрастному, профессиональному, религиозному и т.д. Основанием для отнесения элемента самоописания испытуемого к той или иной социально-идентификационной категории являлось прямое указание на ту или иную социальную роль: «мужчина», «девушка», «русский», «православный», «пенсионер» и др.

В целом, с помощью методики «Десять Я» можно нам удалось получить  следующие характеристики социальной идентичности личности:

  • актуальные компоненты социальной идентичности личности, их значимость в структуре самоописаний испытуемого (путем расчета удельного веса в процентном выражении или в долях от единицы);
  • иерархия актуальных компонентов социальной идентичности (путем их ранжирования соответственно порядковым номерам этих признаков в структуре самоописаний испытуемых).

Следует отметить, что существуют и другие модификации методики «Десять Я», соответствующие задачам изучения социальной идентичности. Так, на основе этой методики Р.П. Попок разработал «Трехмерный опросник социальной идентификации», позволяющий диагностировать не только содержание идентификаций личности, но и их ведущий уровень (Попок Р.П.. 2004). Подобные процедуры широко распространены и в зарубежных исследованиях, например, в работах   М. Яромовиц (см. Павленко В.Н., 2000), А. Reid и К.Deaux (2004) и т.д.

В качестве средств, позволяющих уточнить содержание социальных идентификаций личности, нами использовались методики ассоциативного эксперимента и интервью.

Ассоциативный эксперимент позволил нам выявить основные элементы образов ин- и аут-групп в сознании испытуемых. Как известно, этот метод представляет собой технику семантического анализа, которая отражает как когнитивные структуры, стоящие за языковыми значениями,  так и индивидуальные особенности испытуемых, личностные смыслы в отношении слов-стимулов. Преимущество ассоциативного эксперимента состоит в том, что испытуемые работают со значением слова в «режиме употребления», что позволяет выделять и некоторые неосознаваемые компоненты значения (Петренко В. Ф., 1997). Для проведения исследования была выбрана процедура свободного ассоциативного эксперимента - испытуемые не были ограничены в выборе возможных ассоциаций, что способствовало проявлению их индивидуальных особенностей. В качестве слов-стимулов испытуемым предлагались названия различных социальных ролей. Полученные данные обрабатывались с помощью контент-анализа с последующей кластеризацией выделенных категорий.

Полуструктурированное интервью, применявшееся в нашем исследовании, было направлено на изучение социальных стереотипов и их взаимосвязи с поведенческими практиками испытуемых. Несмотря на то, что обозначенную задачу можно было решить с применением письменного анкетирования (в том числе модификаций методики «Незаконченные предложения»), мы предпочли интервью, поскольку в этой случае объем и глубина полученного эмпирического материала значительно больше. В интервью человек получает возможность представить своей собственный опыт наиболее полно и целостно (Abes E. S., Jones S. R., 2004). Кроме того, интервью позволяет не только узнать что-то об опыте человека, связанном с его социальными идентификациями, но и помогают человеку обнаружить самого себя, и, возможно, пересмотреть свою идентичность (Lieblich A., Tuval-Mashiach R., Zilber T., 1998).

Для реконструкции элементов картины мира, связанных со сферой социальных идентификаций личности, в нашем исследовании применялся «Символический анализатор мира» (САМ), который представляет собой модифицированный вариант известного «Цветового теста отношений» (Эткинд А.М., 1980).

Цветоассоциативный эксперимент, являющийся основной экспериментальной процедурой исследования с помощью данной методики, базируется на предположении о том, что существенные характеристики невербальных компонентов отно­шений к самому себе и к значимым объектам индивидуальной картины мира отражаются в цветовых ассоциациях к ним, поэтому становится возможным проникнуть в «достаточно глубокие, ча­стично неосознаваемые компоненты отношений, минуя при этом искажающие, защитные механизмы вербальной системы сознания» (Парачев А.М., 1997).

Основной методический прием, используемый в методике САМ - это проецирование множества объектов на некий алфавит индексов. В данном случае в качестве такого алфавита индексов используются цветовые карточки из ранжировочного теста М. Люшера (Собчик Л.Н., 1990).

Для проведения исследования необходим опросный бланк и цветовые карточки теста Люшера. В нашем варианте все восемь карточек были размещены на одном листе формата А4, и им были присвоены номера: синий - № 1, зеленый - № 2, красный (оранжевый) - № 3, желтый - № 4, малиновый (фиолетовый) - № 5, коричневый - № 6, черный - № 7, серый - № 8. В ходе исследования испытуемым предлагалось определить, с каким из восьми цветов ассоциируется названное экспериментатором понятие, и поставить любой знак в соответствующий квадратик на стандартном бланке под названием выбранного цвета. Все понятия зачитывались экспериментатором последовательно, в одинаковом для всех испытуемых порядке.

В нашем исследовании список предлагаемых испытуемым понятий включал в себя названия различных социальных ролей, а также основных эмоций, которые давали ориентиры для определения эмоциональной окраски основных понятий в сознании испытуемых (аналогичную роль играли категории «друг» и «враг»). Понятия «Я» и «Я-идеальное» использовались для выявления актуальных и потенциальных социальных идентификаций испытуемых. Полный список понятий, скомплектованный нами на основе анализа результатов ассоциативного эксперимента и интервью, приведен ниже:

Друг

Взрослый

Радость

Мужчина

Идеал

Россиянин

Презрение

Ребенок

Гражданин другой страны

Отвращение

Бедный

Интерес

Подросток

Человек моей национальности

Удивление

Девочка

«Новый русский»

Я в прошлом

Богатый

Житель другого города

Страх

Я

Старуха

Бомж

Гнев

Враг

Женщина

Я в будущем

Печаль

Старик

Человек другой национальности

Стыд

Мальчик

Петербуржец

В конце испытуемых просили проранжировать цветовые карточки в порядке предпочтения, от наиболее приятного к наиболее неприятному, и расставить в соответствии со своими индивидуальными предпочтениями номера цветов в специально отведенной для этой процедуры части бланка.

Обработка результатов, полученных при помощи методики САМ, проводилась по нескольким направлениям:

1.     Для каждого понятия составлялись групповые «цветовые портреты», содержащие частотное распределение различных цветовых ассоциаций на данное понятие.

2.     Для каждого из понятий был рассчитан обобщенный показатель комфорта по формуле: Х1+Х2+Х3+Х4  /  Х6+Х7+Х8. Где Х - частота встречаемости цвета, а цифры 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8 - номера цветов в стандартном цветоранжировочном ряду. Психологический смысл коэффициента комфортности заключается в том, что чем сильнее отвергаются «чистые» цвета (синий, зеленый, оранжевый, желтый) и чем притягательнее «грязные» цвета (коричневый, черный, серый) тем хуже психологическое состояние.

3.     Исходная таблица цветовых выборов была перекодирована следующим образом: стандартный номер цвета заменялся на ранг, который этот цвет имеет в системе индивидуальных предпочтений испытуемого (например, если, выполнив цветоранжировочную процедуру,  испытуемый поставил красный цвет на шестое место, то все понятия, «окрашенные» этим цветом, приобретают шестой ранг). Смысл этой процедуры состоит в том, что мы получаем возможность учитывать актуальное эмоциональное состояние испытуемого. Именно поэтому именно эта таблица (называемая ценностной) и применялась для дальнейшей обработки методами многомерной статистики. Полученные этим способом данные подвергались корреляционному и кластерному анализу, позволившим проследить взаимосвязи понятий-стимулов.

 

Итак, подводя итог анализу способов эмпирических исследований социальной идентичности, можно отметить следующее:

?                в современных психологических исследованиях проблем, связанных с социальной идентичностью личности, наибольшее распространение получили экспериментальный и психосемантический подходы.

?                Экспериментальный подход позволяет анализировать социальную идентичность в контексте реального социального взаимодействия людей.

Психосемантический подход позволяет обратиться к субъективному опыту личности как носителя социальной идентичности, реконструировать элементы картины мира, связанные со сферой социальных идентификаций.

 Опубликовано: Микляева А. В., Румянцева П. В. Социальная идентичность личности: содержание, структура, механизмы формирования: Монография. - СПб.: Изд-во РГПУ им. А. И. Герцена, 2008. - С. 48-57.