Клёцина И. С. Психологическое насилие в гендерных межличностных отношениях: сущность, причины и последствия

В обыденном сознании феномен насилия отождествляется, как правило, с агрессивными действиями, включающими использование физической силы. Однако в ситуации насилия как разновидности агрессивного поведения, целью которого является причинение вреда другому человеку, наряду с действиями физического характера имеют место и такие разновидности насилия, как сексуальное, экономическое, психологическое. Именно эти виды насильственных действий, как правило, выделяются специалистами, занимающимися, проблемой насилия в гендерном аспекте [Горшкова И.Д., Шурыгина И.И., 2003; Словарь гендерных терминов, 2002; Ходырева Н., 2002; Писклакова М.П., Синельников А.С., 2004; Потапова Е.А., 2002].

В данном тексте будут рассмотрены особенности психологического насилия, проявляющегося в гендерных межличностных отношениях. Насилие в гендерных отношениях – разновидность агрессии на основе признака пола; это поведение, наносящее вред или имеющее целью причинение вреда другому человеку [Словарь гендерных терминов, 2002. с.158].

Отличительной особенностью психологического насилия в сравнении с другими его видамиявляется его «бытовой», «домашний» характер; это насилие, осуществляемое в отношении хорошо знакомых мужчин и женщин (супругов и партнеров, имеющих близкие отношения) [1] .

Психологическое насилие – это воздействие, направленное на близкого человека с целью установления над ним своей власти. Для этого систематически используются такие средства, как:

  • упреки и брань;
  • пренебрежительное отношение;
  • запугивание;
  • оскорбления и высмеивание;
  • контроль над деятельностью, над распорядком дня, над кругом общения;
  • принуждение к исполнению унижающих действий.

Психологическое насилие – это насилие, заключающееся в воздействии на психику человека путем запугивания, угроз, с тем чтобы сломить волю потерпевшего к сопротивлению, к отстаиванию своих прав и интересов [Солодников В.В., 2007, с. 258]. Кроме термина «психологическое насилие» в научной литературе, посвященной этой проблеме, можно встретить еще такие близкие по смыслу понятия, как «психологическая агрессия» и «эмоциональное насилие».

Психологическое насилие используется и мужчинами, и женщинами в отношении друг друга, однако женщины чаще оказываются в роли жертв насилия [Забелина Т. Ю., 2008., с 125]. Психологическое насилие присутствует практически во всех других случаях насилия в семье, но его трудно диагностировать. Если все остальные формы насилия легко определяются, поскольку имеют четкие физиологические последствия, то явные признаки психологического воздействия видны редко, а последствия при этом могут быть чрезвычайно тяжелыми. Широта и изощренность форм психологического насилия значительно затрудняет их классифицирование. Кроме того, психологическое насилие довольно часто выступает не само по себе, а вместе с другими видами насилия [Социальная политика и социальная работа: гендерные аспекты, 2004. с. 223].

Показателями существования психологического насилия в отношениях мужчин и женщин являются часто испытываемые одним из партнеров в процессе общения такие чувства, как: напряжение, тревога, неуверенность в себе, бессилие, зависимость, безысходность, чувство вины, страх, бесправие, неполноценность [Горшкова И.Д., Шурыгина И.И., 2003].

Психологический вид насилия весьма распространен в пространстве гендерных межличностных отношений. Так, к примеру, в социологическом исследовании, проведенном И.Д. Горшковой и И.И. Шурыгиной [2] , направленном на выяснение масштабов и характер различных видов супружеского насилия в отношении женщин, было установлено, что почти 80% опрошенных женщин столкнулись хотя бы с одним из проявлений психологического насилия со стороны мужа: их или унижали, в том числе нецензурной бранью, или уничижительно критиковали их личность, или к ним применяли запреты и/или угрозы. Более 70% опрошенных женщин испытывают при общении с мужем различного рода чувства психологического дискомфорта: напряжение, тревога, неуверенность в себе, бессилие, зависимость и пр. Каждая пятая женщина (20%) при общении с мужем испытывает безысходность, каждая седьмая (14%) – страх, каждая восьмая (12%) – бесправие. Более половины женщин считают, что мужья, хотя бы время от времени "унижают или пытаются их унизить, оскорбить, "поставить на место" (57%); что они подвергаются оскорблениям в нецензурной форме (51%); испытывают со стороны мужей уничижительную критику своей личности (53%) ( плохая жена, плохой характер, плохая хозяйка, глупая и пр.). С разного рода запретами и угрозами со стороны мужей столкнулись 51% женщин. Наиболее распространенный запрет, с которым сталкивалась каждая пятая замужняя женщина (21%) - ограничение в перемещении ("куда-нибудь пойти, выйти из дома"). Наиболее распространенные угрозы - физическая расправа (22%) и то, что муж найдет себе другую женщину или уйдет от жены (15%).

В психологическом насилии в ситуации межполового взаимодействия активно задействованы стереотипы «настоящей женщины», «настоящего мужчины». В соответствии с традиционным стереотипом «настоящая женщина» должна быть хорошей хозяйкой, заботливой женой и матерью, в отношениях с другими людьми должна быть покладистой, уступчивой и отзывчивой, она также должна иметь привлекательную внешность и хорошо выглядеть и др. Традиционный гендерный стереотип «настоящего мужчины» обязывает мужчину быть социально успешным и достичь высокого социального статуса, уметь материально обеспечить себя и свою семью, быть физически хорошо развитым и выносливым, мужчина не имеет права проявлять слабость, не должен жаловаться и всегда должен демонстрировать эмоционально сдержанное поведение [Берн Ш., 2001; Клецина И.С., 2004; Мацумото Д., 2002].

Понятно, что этим идеализированным представлениям реальным мужчинам и женщинам соответствовать крайне сложно, однако эти устоявшиеся стереотипы часто выступают в роли нормативных стандартов по отношению к своим партнерам и партнершам.

Так, мужчины, упрекая женщин по поводу их не соответствия традиционному нормативу привлекательной женщины, часто говорят о том, что «они плохо выглядят», «сексуально не привлекательны», «не женственны», «не умеют одеваться», «у них нет вкуса»; высмеивают их возраст(«старая», «совсем старуха»), критикуют физические данные («толстая», «некрасивая»), обесценивают личность в целом («глупая», «ничего не понимаешь», «с куриными мозгами», «не заботливая», «не внимательная», «не ласковая»).

В качестве упреков и брани со стороны мужчин часто выступает не соответствие женщины традиционному нормативу хорошей хозяйки и заботливой матери («плохая хозяйка», «не умеешь готовить», «лентяйка», «неряха», «плохая мать», «не умеешь воспитывать детей»). Насилие также осуществляется при помощи обесценивания профессиональной деятельности женщины («твоя работа никому не нужна», «на работе от тебя никакого толка») и подчеркивания материальной ее несостоятельности («ничего не зарабатываешь», «иждивенка», «сидишь у мужа на шее»).

В качестве психологического давления на мужчину со стороны женщины чаще всего выступает несоответствие их мужей и партнеров таким традиционным стереотипам, как: «настоящий мужчина должен добиться высокого социального статуса и признания», «настоящий мужчина должен обеспечить свою семью», «настоящий мужчина не должен быть похож на женщин», «настоящий мужчина должен быть сильным и не показывать слабость», «настоящий мужчина должен уметь решать проблемы и достойно справляться с трудностями».

Сравнивая своих партнеров с данными стереотипными моделями традиционного мужского поведения, женщины часто делают выводы не в пользу реальных мужчин. Тогда в их высказываниях и проявляются суждения и оценки, обесценивающие личностную состоятельность мужчины, снижающие его уверенность себе, подрывающие психологические ресурсы в плане личностной адаптации и самореализации. Например, «ничего не добился в жизни», «не можешь обеспечить семью», «не способен найти приличную работу», «ни к чему не приспособлен, и ни на что не годен», «тряпка», «зануда», «ведешь себя, как баба», «слюнтяй», «никому не нужен» и др.

 

Формы проявления психологического насилия

В системе психологического знания феномен психологического насилия может быть рассмотрен как разновидность такого обобщенного явления, как психологическое воздействие. Психологическое воздействие понимается как целенаправленный перенос движения и информации от одного участника взаимодействия к другому [Психология. Словарь, 1990. с. 58].

По своему смысловому наполнению психологическое насилие соответствует следующим способам психологического воздействия:

§ явное или прямое доминирование

§ манипуляция.

Доминирование – это отношение к другому человеку как к вещи или средству достижения своих целей, игнорирование его интересов и намерений. Стремление обладать, распоряжаться, получить неограниченное одностороннее преимущество. Открытое, без маскировки, императивное воздействие - от насилия, подавления до внушения, приказа [Куницына В.Н., Козаринова Н.В., Погольша В.М., 2001].

В ситуации доминирования одного из партнеров, другой вынуждено занимает зависимое положение; такой тип взаимодействия соответствует доминантно-зависимой модели отношений. В этом случае один субъект отношений побуждает другого подчиниться себе и принять цели, не согласующиеся с собственными устремлениями и желаниями. Доминантная позиция включает такие проявления в поведении, как: уверенность в себе, независимость, властность, демонстрация собственной значимости, умение настоять на своем. Такой человек стремится к соперничеству, ему присуще презрение к слабости и выражена потребность в силе ради нее самой. В общении он редко поддерживает собеседника, как правило, использует инструментальный стиль вербальной коммуникации, часто игнорирует точку зрения собеседника, стремится найти понимание только своих проблем, принижает значимость партнера (например: «Ты говоришь глупости!»), невнимательно слушая, спешит дать ему советы, оценить его действия, побуждает к немедленному и необдуманному действию [Клецина И.С, Юркова Е.В., 2002].

Никакой вид насилия недопустим в отношениях между людьми, а особенно между близкими людьми – супругами, юношами и девушками, мужчинами и женщинами, имеющими тесные эмоциональные привязанности. Межличностное взаимодействие мужчин и женщин должно быть выстроено на основе партнерской, а не доминантно-зависимой модели отношений. В таблице приводится перечень параметров, по которым различаются отношения в семьях доминантно-зависимого и партнерского типов.

Таблица

Сравнение особенностей отношений в семьях доминантно-зависимого и партнерского типов*

Доминантно-зависимая модель

отношений в семье

Партнерская модель отношений

в семье

Неравномерное распределение власти, злоупотребление властью

Кооперативный вариант использования власти

Руководство, которое базируется на силе

Руководство, базирующееся на авторитете

Ригидность и жесткость исполнения ролей в семье

Взаимозаменяемость ролей в семье

Полотипизированные семейные обязанности, сегрегация интересов членов семьи

Гибкий вариант распределения семейных обязанностей и видов деятельности

Деструктивный способ разрешения конфликтов

Конструктивный способ разрешения конфликтов

Неудачи и ошибки скрываются, осуждаются, подвергаются обструкции, часто вспоминаются

Неудачи и ошибки не скрываются, обсуждаются без упреков, прощаются, забываются

Отсутствие уважения к личным делам, интимным сторонам жизни, тотальная подконтрольность поведения

Уважение к личным делам, интимным сторонам жизни, без посягательства на индивидуальную сферу жизни без разрешения

Ощущение незащищенности, одиночества, переживание чувства вины, тревожности депрессии

Восприятие семьи как безопасного убежища, где приобретается уверенность в себе, исчезают сомнения, тревожность, улучшается настроение

Закрытость семейной жизни, отгороженность от социума

Открытость семейной жизни для социума

Воспитание детей в условиях гиперконтроля, подчиненности.

Воспитание в условиях расширения автономии ребенка, его полноправного участия в принятии коллективных решений и самовыражения

*Таблица приведена по книге: Клецина И.С. Психология гендерных отношений: теория и практика. СПб., Алетейя, 2004. с.309.

В семьях доминантно-зависимого типа факты психологического насилия становятся нормой. Часто в таких семьях именно мужчина исполняет роль главы семьи. Он «заботится» о жене, принимает решения и в праве применить силу для наказания партнерши, которая, по его разумению, ведет себя не так, как положено. В соответствии с этими взглядами женщине отводится пассивная роль в жизнеобеспечении семьи. Ей внушается мысль, что ответственность за все домашние невзгоды лежит на ней: будь жена более покладистой, все было бы в порядке, указывают, на то, что жена должна уметь угодить мужу, т.к. «не бывает плохих мужей, а бывают плохие жены».

Отношения, в которых присутствует насилие, характеризуются следующими проявлениями: страхом жертвы по поводу настроения партнера; страхом самостоятельно принимать решения, чтобы не вызвать гнев партнера; чувством подавленности и несчастья, частыми слезами жертвы; унижением жертвы в присутствии друзей или семьи [Потапова Е.А., 2002].

В гендерных отношениях партнерского типа другой человек воспринимается как равный субъект, который имеет право быть таким, каков он есть. Отношения в такой диаде равноправные, интересы и намерения каждого согласовываются, партнеры ориентированы на совместную рефлексию, что находит отражении во взаимной направленности друг на друга и готовности к уступкам. Основные способы воздействия строятся на договоре, который служит средством объединения и механизмом регуляции поведения. [Куницына В.Н., Козаринова Н.В., Погольша В.М., 2001]. Поэтому в отношениях такого типа не может быть никакого психологического насилия (давления, угроз, ущемления прав), а существует личностное влияние, основанное на убеждении и контраргументации. В результате чего поведение и общение в диаде отличается уважительностью и корректностью, умением поставить себя на место своего партнера, вникнуть в его проблемы и ситуацию. При этом такая готовность исходит со стороны не только одного из партнеров, но и каждого из них.

 

Еще один способ психологического воздействия, в котором большую роль играет психологическое насилие - это явление манипуляции в межличностных отношениях. Если при доминировании насилие проявляется в открытой форме, то при манипуляции насилие не выражено явно, оно существует в скрытом, завуалированном виде.

Манипуляция – вид психологического воздействия, при котором один участник (манипулятор) намеренно и скрыто побуждает другого (адресата манипуляции) принимать решения, совершать действия и испытывать эмоции, необходимые для достижения манипулятором собственных целей [Сидоренко Е. В., 2002. с. 49]. При манипуляции также как и в случае доминирования один из партнеров (манипулятор или подавитель) подчиняет чувства и действия другого партнера своим целям, планам и желаниям. Другой партнер вроде бы и добровольно, без видимого принуждения совершает те или иные действия и поступки, однако психологические состояния, испытываемые им, близки к чувствам и эмоциям, переживаемым в ситуациях психологического доминирования. Это такие состояния как: состояние тревоги; чувство униженности и обиды; ощущение, что тебя контролируют и использовали, т.е. обошлись с тобой как с вещью.

Скрытность манипулятивного воздействия обеспечивается использованием таких психологических приемов (уловок), как:

  • собственное возвышение или самовосхваление, что является косвенным приемом принижения партнера;
  • выведение из равновесия партнера; для этого используются насмешки и несправедливые обвинения, а когда партнер «вспылит», акцентируется внимание на его «недостойном» поведении и продуцируется чувство вины с побуждением исправить свое поведение;
  • лесть и восхваление партнера, демонстрация стремления угодить ему и как следствие, ожидание ответных соответствующих действий;
  • утаивание нужной для человека информации, чтобы вызвать у него состояние нервозности, неопределенности, которое ведет к менее обдуманным действиям и др. [Грачев Г.В., Мельник И.К., 2002].

Отличительными для манипулятивного воздействия являются следующие три признака [Куницына В.Н., Козаринова Н.В., Погольша В.М., 2001].

Во-первых , неизменно присущий всякому манипулятору признак – это стремление овладеть волей партнера.Манипулятор всегда будет стремиться поставить человека в подчиненное, зависимое положение. Эту зависимость он будет черпать в слабостях человека, т.е. его страхах и переживаниях (например, переживания из-за невысокого роста у мужчин и полноты у женщин), желаниях, от которых человек не свободен (например, желание у мужчин признания и славы в соответствии со стереотипом о необходимости социальной успешности для «настоящего мужчины» и желание любви и благополучия в семейных отношениях у женщин в соответствии со стереотипом о высокой ценности семейной самореализации для «настоящей женщины»).

Второй признак, отличающий манипулятора – это обман и лицемерие в поведении. У человека возникает стойкое ощущение, что его партнер что-то не договаривает, «темнит», вызывает настороженность смущающее заискивание и выраженное стремление угодить. Женщины для того, чтобы добиться от мужчины нужного им поведения, часто утрированно демонстрируют свою слабость, несчастность, беспомощность, неспособность и неумелость в каких-либо делах или вопросах. Также распространен манипулятивный прием, в соответствии с которым женщины превозносят способности и состоятельность мужчин, чтобы «раскрутить» их на нужные поступки и действия (например, покупку дорогих подарков, оплату развлечений и поездок: «Если любишь, докажи», «Мужчина должен зарабатывать, а женщина – тратить»).

Третье отличие манипулятора обнаруживается в его суждениях, где будет звучать призыв к не к объединению, а к отъединению. Он будет убеждать бороться «за место под солнцем», обосновывать необходимость позиции силы – «чем больше твоя сила и способность контролировать других, тем выше ты поднимаешься как хозяин положения» и др. Например, к таким приемам прибегают женщины, использующие психологическое воздействие на своих партнеров, с целью заставить их прикладывать максимум усилий для продвижения по карьерной лестнице, в то время как для мужчин эта цель может и не являться значимой.

В популярной литературе тема женской манипуляции, направленной на подчинение мужчин себе, активно эксплуатируется. Немало можно найти публикаций, в которых даются рекомендации, как обольстить мужчину, «обвести вокруг пальца» и подчинить себе, заставив реализовывать собственные интересы [3] . При этом иногда авторы ссылаются на народную мудрость, используя поговорки и пословицы - «Муж - голова, жена шея», «Женщина сильна своей слабостью и хитростью» и др.

В работе, посвященной анализу женского психологического давления на мужчин с позиций гендерного подхода, социологи Е.А.Здравомыслова и А.А.Темкина выделяют две основные формы женской власти: «Скрытая женская власть принимает разные формы, но существуют две ее разновидности, которые мы считаем ключевыми для понимания этого феномена – власть сексуально-эротическая и власть заботы. В обоих случаях аффективно ориентированные действия – забота или сексуальное поведение – становятся способами извлечения благ, механизмами неявного контроля или ограничения свободы» [Здравомыслова Е.А., Темкина А.А., 2006. с. 109-110]. Сексуально-эротическая власть реализуется в ситуациях, когда женщина использует свою физическую привлекательность как ресурс психологического воздействия на мужчин, которая вызывает страсть и ставит мужчин в ситуацию зависимости от своих эмоций, власть заботы проявляется как манипулятивный способ «привязывания» к себе окружающих. Другими словами, объект заботы настолько привыкает к получению повседневных знаков внимания и участия, что становится все менее самостоятельным и попадает в зависимость от этой заботы. Таким образом, власть заботы контролирует и подчиняет окружающих [Здравомыслова Е.А., Темкина А.А., 2006].

Итак, исходя из вышеизложенного, можно заключить, что содержательная составляющая прямого доминирования и манипуляции, как феноменов психологического воздействия, имеет сходную психологическую природу насильственного характера. При использовании этих способов психологического воздействия (доминирования и манипуляции) субъект не принимает во внимание цели, планы и интересы другой стороны, а стремится любой ценой добиться своего, используя запреты, угрозы, запугивание, обман, лицемерие, подавление и обесценивание личности партнера, что, конечно, совершенно неприемлемо в парных межличностных отношениях. При этом доминирование – это форма прямого, явного психологического насилия, а манипуляция – проявление не явного насилия, т.е. это скрытое принуждение человека переживать те состояния и совершать те действия, которые выгодны и нужны манипулятору.

Последствия для личности проявлений психологического насилия

Повторяющееся насилие ведет к значительным психологическим страданиям, посттравматическому стрессу, депрессии, непреходящему чувству страха, а иногда и к более серьезным последствиям, таким как попытки суицида. Результатом данного вида насилия также может стать обострение хронических соматических заболеваний и появление психосоматических заболеваний. Кратковременными последствиями психологического насилия является комплекс негативных переживаний (чувства униженности, обиды, вины, страха; состояния тревоги, неуверенности в себе, зависимости и бесправия). Хроническая депрессия, самодеструктивные тенденции, трудности функционирования в рамках супружеской и родительской ролях – все это относится к долговременным последствиям психологического насилия.

Многие практические психологи и психотерапевты, работающие с женщинами, пострадавшими в результате насилия, считают, что психологические последствия домашнего насилия гораздо серьезнее, чем переживания по поводу агрессии со стороны, например, хулиганского нападения на улице [Социальная политика и социальная работа: гендерные аспекты, 2004].

У человека подвергающегося систематическому психологическому насилию развивается модель образа жизни жертвы и формируется состояние «готовности» реализовывать эту модель в течение своей жизни. Характерными чертами образа жизни жертвы являются следующие аспекты:

  • искажение образа Я, обвинение себя за происходящее, снижение чувства собственной ценности и значимости;
  • чувства страха и беспомощности как доминирующие чувства; при этом, мир воспринимается как двусмысленный, неопределенный и всегда опасный;
  • открытость, хрупкость и неопределенность границ собственного Я, не способность вовремя идентифицировать различные формы насилия; неспособность установить пределы и ограничения;
  • депривация базовых потребностей (неудовлетворение потребности в любви, принятии, понимании, принадлежности);
  • выраженное стремление к близости, синдром эмоциональной зависимости (созависимости): сверхпотребность в любви, страх потерять объект привязанности, зависимость, неуверенность в себе и в других, отрицание собственных потребностей;
  • подавление или обесценивание собственных чувств и переживаний, нарушение способности наслаждаться жизнью, нарушение способности к установлению эмоциональной близости, синдром «аффективной тупости» (отсутствие чувства общности с другими людьми, ощущение себя неспособным строить отношения эмоциональной привязанности, отвержения себя и других) [Смитт Э. У., 1992. с. 69].

Причины психологического насилия

Психологическое насилие также как и другие виды насилия в межличностных отношениях имеет многофакторную обусловленность. В современной литературе, посвященной анализу семейного насилия, выделяются две основные модели происхождения насилия [Солодников В.В., 2007]:

1. Личностно-семейная модель

2. Социокультурная модель.

1. Личностно-семейная модель , имеет несколько основных разновидностей:

§ Теория врожденного инстинкта агрессивности. Согласно этой теории агрессия и насилие возникают потому, что человеческие существа генетически или конституционально «запрограммированы» на подобные действия.

§ Психоаналитический подход, в соответствии с которым неудовлетворение базовых потребностей в раннем детстве проявляется в проблемном поведении во взрослом возрасте. Если в раннем возрасте ребенка постоянно контролировали, не давали проявить ему свою самостоятельность, не удовлетворили его (ее) потребность в признании и эмоциональной привязанности, то во взрослой жизни такой человек будет стремиться властвовать над другими, т.к. страх потери близкого взрослого партнера будет побуждать стремление подчинить себе его (ее).

§ Необихевиористский подход – «выученное» неправильное поведение, в русле которого существует гипотеза о межпоколенной передаче насилия.

2. Социокультурная модель и ее разновидности.

§ Подход радикального феминизма. Феминистский анализ насилия в отношении женщин сводится к критике патриархата, понимаемого как господство мужчин над женщинами. Мужская власть является основной характеристикой общественных и межличностных отношений, в которых подавляются женщины. Насилие над женщинами - это следствие проявления мужского доминирования в обществе и семье, результат гендерного неравенства. Психологическое насилие выступает как способ контроля над женщинами, сохранение их в подчиненном положении в соответствии с традиционной системой взглядов и представлений.

§ Подход социалистического феминизма. Низкий общественный статус женщин - отражение классовой капиталистической системы и структуры семьи, существующей внутри этой системы. Социалистический феминизм утверждает, что подавление женщин функционально для капитализма, так как он поддерживается неоплачиваемым трудом женщин, которые также служат резервной рабочей силой, используемой только при необходимости. Сама семья, в которой муж выступает как единственный кормилец жены и детей, также способствует стабилизации капиталистического общества. Первоначально жена зависит от мужа только экономически, но вскоре это оборачивается эмоциональной зависимостью и пассивностью. Она боится потерять экономическую безопасность, поэтому он приобретает над ней полную власть. А мужчины боятся потерять работу, и накопившееся напряжение (стресс и чувство депривированности) «выплескивают» на своих жен, пытаясь обрести чувство внутреннего равновесия. Таким образом, существующая при капитализме модель гендерных отношений порождает разные формы насилия мужчин над женщинами.

§ Гендерный подход. Гендерный подход, разрабатываемый при изучении межполовых отношений как критика традиционных представлений о необходимости и целесообразности дифференциации ролей, статусов, позиций мужчин и женщин в публичной и приватной сферах жизнедеятельности людей, ориентирован на анализ систем доминирования/ подчинения и провозглашает идею равноправия мужчин и женщин в сфере формальных и неформальных отношений. Ни у мужчин, ни у женщин нет оснований подавлять и подчинять себе друг друга, поэтому никакие виды насилия в межполовых отношениях неприемлемы. Отношения между мужчинами и женщинами должны выстраиваться на основе равенства позиций, паритета, учета целей и интересов друг друга.

Однако распространенные в общественном сознании стереотипы о том, что в отношениях между мужчинами и женщинами должен обязательно доминировать мужчина, что именно он должен принимать решения, касающиеся основных вопросов взаимодействия, выступают в роли барьеров, препятствующих перестройке межличностных отношений в соответствии с партнерской моделью отношений.

Традиционные стереотипы мужественности побуждают мужчин проявлять в поведении такие качества, как: активность, напористость, целеустремленность, сила, выраженный волевой потенциал, уверенность в себе, умение добиваться своих целей, настоять на своем, для чего допускается проявление агрессивности и директивности.

Для женщин, в соответствии со стереотипом женственности напротив, важно в отношениях с другими людьми проявлять уступчивость, мягкость, деликатность, скромность, застенчивость, отзывчивость, умение понять и простить другого, жертвенность и заботливость, а также умение достигать своих целей, не используя явное доминирование и директивность. Поэтому гендерные стереотипы побуждают мужчин и женщин в межличностных отношениях реализовывать не партнерскую, а доминантно-зависимую модель отношений. В такой модели отношений главенствующая позиция завоевывается мужчинами часто при использовании подавления и явного принуждения как способа воздействия на свою партнершу, а женщины чаще обращаются к скрытому психологическому принуждению - манипулированию, как способу влияния и достижения властных позиций.

Таким образом, видим, что традиционные гендерные стереотипы ориентируют мужчин и женщин, как субъектов межполового взаимодействия, на формирование такой модели поведения, где нет партнерства, а отношения характеризуются несимметричностью, проявляющейся во власти одного субъекта над другим. Властвующий субъект стремится уподобить чувства или действия другого своим планам, замыслам и желаниям, а другой вынужден ему подчиняться.

О влиянии традиционной (патриархатной) системы взглядов у мужчин и женщин на характер отношений между ними свидетельствую результаты исследования насилия в российских семьях [Горшкова И.Д., Шурыгина И.И., 2003]. Опрошенные мужчины настроены заметно более патриархатно, чем женщины. Сторонников патриархатных (традиционных) позиций среди них почти в три раза больше, чем среди женщин. За этим стоят претензии не только на главенство в семье, но представления о главенстве всех мужчин над всеми женщинами. При этом есть основания говорить о значительных расхождениях между мужской и женской точками зрения. Особенно сильна разница между мужскими и женскими мнениями относительно того, как должны распределяться властные полномочия внутри семьи. Мужчин, претендующих на то, чтобы играть главенствующую роль в семье, заметно больше, чем женщин, готовых за ними эту власть признать. Так, среди мужчин большинство (61%) считают, что муж глава семьи, и за ним при принятии важных решений должно оставаться последнее слово. Среди женщин с этим мнением согласны только 29%.

Данные исследования подтвердили уже известную закономерность: супружеское насилие во всех его проявлениях более вероятно в тех семьях, где супруги придерживаются патриархатных представлений о мужских и женских ролях. Причем относится это главным образом к мужчинам. Среди мужчин из всех групп насилия намного больше настаивающих на главенстве мужчины в семье, чем среди мужчин, не практикующих насилия вообще. Если, например, среди мужей из семей без насилия считают, что муж глава семьи 50%, то в группах насилия доля разделяющих эту точку зрения колеблется от 76% до 64% в зависимости от вида насилия.

Можно предположить, что подавляющее большинство мужей – психологических насильников – действуют осмысленно и целенаправленно. Их целью является "поставить жену на место" и вызвать у нее страх, для того чтобы получить или утвердить свою власть над ней. Когда возможности и ресурсы сосредоточены в руках мужчин, эту власть требуется утверждать и поддерживать, когда их ресурсы недостаточны и уступают женским, за эту власть они считают необходимым бороться [Горшкова И.Д., Шурыгина И.И., 2003]. Мужчина, который не доволен своей маскулинностью, своими отношениями с женщинами, очень часто приходит к насилию, как способу компенсации возникшей неудовлетворенности.

Итак, в вопросе о причинах бытового насилия мужчин в отношении женщин большинство современных исследований выделяют такой наиболее значимый фактор, как утверждение доминантной маскулинности, как социальной нормы [Берн Ш., 2003; Палуди М., 2003; Социальная психология, 2004; Ходырева Н., 2002]. Мужчины должны играть доминирующую роль не только в общественной жизни, но и в семье. Если муж не главенствует в доме, если за них не остается последнее слово по поводу важных решений, то он «подкаблучник».

Вряд ли можно говорить о наличии развитой системы социальных институтов, способствующих конструированию ненасильственной маскулинности, напротив многие институты гендерной социализации поддерживают у мальчиков, юношей и мужчин проявления в поведении доминирования, подавления других, агрессивности. Эта тенденция характерна для большинства современных культур.

В литературе распространена точка зрения, что насилие, проявляемое мужчинами в отношении женщин, следует рассматривать не как результат психических или личностных расстройств, а скорее как действия мужчины, слишком приспособленного к обществу [Палуди М., 2003]. Насилие – не столько акт ненормативного поведения, сколько, наоборот, слишком конформного. Насилие можно рассматривать как проявление сверхмаскулинности: это выражение агрессии, силы власти, грубости, доминирования, конкуренции. Побеждать, быть лучше, успешнее, завоевать – все это выражает мужественность для тех, кто усвоил понятие о маскулинности, распространенные в культуре [Палуди М., 2003].

В семьях, в соответствии с традиционными культурными нормами, мальчиков с раннего возраста учат уметь постоять за себя, используя силу. Мальчики усваивают, что совершенно нормально и естественно давать сдачи, если тебя обидели, а большинство девочек усваивают, что драться вообще недопустимо. Мальчиков учат не проявлять свои чувства, а девочек учат заботиться о близких, сопереживать людям и жалеть их. Большую роль в воспитании детей играет стиль взаимоотношений между родителями и общая семейная атмосфера. Мужчины, проявляющие насилие, в детстве часто были свидетелями проявления насилия в семье. Деструктивный стиль воспитания в семье и опыт насилия, перенесенного в детстве, также в значительной мере способствует тому, что мужчины проявляют жестокость по отношению к своим близким [Миллер Э., 2003; Писклакова М.П., Синельников А.С., 2004; Потапова Е.А., 2002].

Современная российская армия далеко не всегда является для юношей имолодых мужчин школой мужества. Армия – показательный пример института, систематически формирующего маскулинную идентичность, в которой насилие играет решающую роль [Ходырева Н., 2002].

В СМИ агрессия и насилие часто репрезентируются как неотъемлемая часть маскулинной мужской идентичности. В телевизионных и кинофильмах, в печатной продукции разного вида не редки случаи демонстрации культурного одобрения применения силы мужчинами, поскольку агрессивность понимается как «гендерно-маркирующая» форма поведения.

Любой тип культуры способствует проявлению тех или иных различий в поведении между мужчинами и женщинами, а также различий, связанных с их ролью, обязанностями и ответственностью в обществе [Мацумото Д., 2002].

Еще одной весьма значимой причиной бытового насилия со стороны мужчин являются трудности социальной жизни, т.е. жизненные обстоятельства (безработица, низкие заработки, низкостатусные виды деятельности), не позволяющие им утвердиться в своей традиционной мужской роли социально приемлемым способом. Когда мужчина не соответствует одному из аспектов традиционной мужской роли (профессиональная успешность, достойный социальный статус, материальное благополучие), он демонстрирует преувеличенную мужественность в другой области, тем самым, компенсируя свою несостоятельность [Берн Ш., 2003]. Когда мужчины чувствуют свою беспомощность в обыденной жизни, и их маскулинность оказывается под угрозой из-за ощущения бессилия, то вероятность проявления насилия очень велика [Палуди М., 2003]. Когда в обществе поощряется излишнее соперничество между мужчинами, то они стремятся доминировать, а насилие является одним из способов достижения желаемого доминирования и поддержание своего авторитета.

Современная культура зачастую рассматривает домашнее насилие только как психологическую проблему, игнорируя ее социокультурный базис и ее статус гендерной проблемы. Таким образом, происходит определенная «патологизация» пострадавшей женщины и решение проблемы сводится только к использованию терапии. На самом деле основа проблемы насилия коренится не в поведении супружеской пары в целом или женщины в частности, но в мужском поведении, подкрепленной всей системой общественных взглядов, норм, культурных ценностей. В области социальной политики государства данная проблема задвинута на периферию общественной повестки дня [Писклакова М.П., Синельников А.С., 2004].

Проблеме использования манипуляции женщинами как формы проявления психологического насилия в гендерно-ориентированной литературе уделено значительно меньше внимания, чем проблеме мужского насилия в отношении женщин. Так, в работе Е.А.Здравомысловой и А.А.Темкиной [2006] при анализе причин женского манипулирования в сфере гендерных отношений акцент сделан на андроцентризме как культурном патриархате, который и порождает женские стратегии достижения власти. «Чтобы обойти препятствия, чинимые культурным сексизмом, нужно воспользоваться особым женским ресурсом, ресурсом слабого пола» [Здравомыслова Е.А., Темкина А.А., 2006. с. 85].

В психологической литературе в качестве причины женского манипулирования в гендерных отношениях называются условия гендерной социализации [Аносова Н., 2007; Румянцева П., 2007]. Девочки и девушки наблюдают практики манипулятивного поведения, демонстрируемого близкими и знакомыми людьми, слышат позитивные отклики о женской хитрости, называемой «женской мудростью». В СМИ и художественной литературе также иногда позитивно оценивается использование женщинами манипуляции в целях достижения собственной выгоды.

Итак, психологическое насилие – это весьма распространенное явление в межличностных отношениях мужчин и женщин. Его последствия для личности являются не менее травматичными, чем другие виды насилия, например, физическое. Главная цель любого насилия – это обретение власти над другим человеком, а психологическое насилие в близких отношениях – это один из способов обретения власти над партнером.

С точки зрения сторонников гендерного подхода в изучении проблемы психологического насилия в межличностных отношениях основная причина проявления насилия кроется в широком распространении в общественном сознании традиционных гендерных стереотипов. Пока не будет преобразовано смысловое содержание мужественности и женственности, не удастся устранить проявления разных форм насилия в гендерных отношениях.

Литература

  1. Аносова Н. Манипулятивные практики во взаимодействии мужчин и женщин// Гендерные практики: описание, рефлексия, интерепретация. Материалы V Международной межвузовской конференции молодых исследователей «Гендерные практики: традиции и инновации (10-12 ноября 2005 г.)/Отв. Ред. Т. А. Мелешко, И. И. Юкина. - СПб.: «Алина», 2007. с.40-44.
  2. Берн Ш. Гендерная психология. – СПб.: прайм – ЕВРОЗНАК, 2001.
  3. Горшкова И.Д., Шурыгина И.И. Насилие над женами в российских семьях, М.: 2003.
  4. Грачев Г.В., Мельник И.К. Манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия. Издание второе. Исправленное и дополненное. – М.: Алгоритм, - 2002. Забелина Т. Ю. Домашнее насилие над женщинами (право женщин на защиту сквозь призму социологических данных)// Гендерное равноправие в России. Материалы международной научной конференции, посвященной 100-летию Первого Всероссийского женского Съезда 1908 года. 21-23 марта 2008 года. Санкт-Петербург. – СПб.: Алетейя, 2008. с. 125-128.
  5. Здравомыслова Е.А., Темкина А.А. Патриархат и «женская власть» // Российский гендерный порядок: социологический подход: Коллективная монография/Под ред. Е. Здравомысловой, А.Темкиной – СПб.: Изд-во Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2007. с. 68-95.
  6. Клецина И.С. Психология гендерных отношений: Теория и практика. СПб., Алетейя. 2004.
  7. Клецина И.С., Юркова Е.В. Межличностные отношения и гендерные стереотипы: партнерство или манипуляция// Гендерные отношения в современном российском обществе: Материалы второй межвузовской студенческой конференции/Отв. ред. Т.А. Мелешко, М. В. Рабжаева. СПб.: Политехника, 2002. с. 253-258.
  8. Куницына В.Н., Козаринова Н.В., Погольша В.М. Стратегии и тактики влияния и манипулирования// Куницына В.Н., Козаринова Н.В., Погольша В.М. Межличностное общение. СПб., 2001. с. 174-191.
  9. Мацумото Д. Психология и культура. СПб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2002.
  10. Миллер Э. Политические последствия дурного обращения с детьми//Обыкновенное зло: исследования насилия в семье/Сост. и ред. О.М.Здравомыслова. М.: Едиториал УРСС, 2003. с. 17-42.
  11. Палуди М. Психология женщины. СПб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2003
  12. Писклакова М. П., Синельников А. С. Домашнее насилие как объект социальной работы//Социальная политика и социальная работа: гендерные аспекты: Учебное пособие для студентов высших учебных заведений/Под ред. Е.Р.Ярской-Смирновой. М.: РОССПЭН, 2004. С. 219-241.
  13. Потапова Е. А . Что такое домашнее насилие: концептуальный подход к проблеме//Гендерный калейдоскоп. Курс лекций/Под общ. ред. М.М.Малышевой. М..: Асаdеmia, 2002. с. 489-502.
  14. Психология. Словарь/Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Политиздат, 1990.
  15. Румянцева П. Основные направления практической гендерной психологии// Гендерные практики: описание, рефлексия, интерепретация. Материалы V Международной межвузовской конференции молодых исследователей «Гендерные практики: традиции и инновации (10-12 ноября 2005 г.)/Отв. Ред. Т.А.Мелешко, И.И.Юкина. СПб.: «Алина», 2007. с.70-76.
  16. Сидоренко Е. В. Тренинг влияния и противостояния влиянию. – СПб, Речь, 2002.
  17. Словарь гендерных терминов/Под ред. А. А. Денисовой/Региональная общественная организация «Восток-Запад: Женские Инновационные проекты». М: Информация –XXI век, 2002.
  18. Смитт Э. У. Внуки Алкоголиков: проблемы взаимозависимости в семье. М.: Просвещение, 1992.
  19. Солодников В. В. Социология социально-дезадаптированной семьи. – СПб.: Директ, 2007.
  20. Социальная политика и социальная работа: гендерные аспекты: Учебное пособие для студентов высших учебных заведений/Под ред. Е. Р. Ярской-Смирновой. М.: РОССПЭН, 2004.
  21. Социальная психология/Под ред. Ш. Тейло, Л.Пипло, Д.Сирс. СПб.: Питер, 2004.
  22. Ходырева Н. Причины физического насилия: сущность рода или дисбаланс власти? //О муже(N)ственности: Сборник статей. Сост. С. Ушакин. М.: Новое литературное обозрение, 2002. с. 161-185.


[1] Психологическое насилие в отношении детей в данной работе не рассматривается.

[2] Исследование проведено в 7 экономических регионах России. Всего опрошено 1076 женщин и 1056 мужчин в более чем 50 населенных пунктах. Выборная совокупность определялась согласно квотным параметрам, предоставленным Госкомстатом РФ отдельно по каждому региону о состоящих в браке (супруги из полных семьей): место проживания, пол, возраст, образование, количество детей, уровень доходов. Метод исследования: раздаточное групповое анкетирование.

[3] Некоторые названия подобных публикаций: «Основы дрессировки, или как изменить мужчину без его ведома», «Искусство обольщения», «Поймайте на крючок мужчину», «Об обладании и управлении мужчиной».

Опубликовано: Клецина И.С. Психологическое насилие в гендерных межличностных отношениях: сущность, причины и последствия// Жизнь без насилия. Материалы научно-практического семинара «Домашнему насилию НЕТ»/ Под ред. С.Л.Акимовой. – СПб.: Островитянин, 2009. с.7-30.