Клёцина И. С. Психология гендерных отношений: концептуализация и эмпирическая иллюстрация макроуровня

Гендерные отношения, как базовое понятие гендерных исследований в научной литературе социологического, политологического, экономического профиля преимущественно используется при рассмотрении проблем дифференциации, стратификации, доминирования в системе общественного устройства. В психологических публикациях категория «гендерные отношения» практически не встречается. Цель данной статьи заключается в теоретическом и эмпирическом исследовании гендерных отношений с использованием системы знаний социально-психологической науки. Для начала конкретизируем смысловое содержание категории «гендерные отношения» и определим ориентиры исследования гендерных отношений с позиций социально-психологического знания. Затем рассмотрим результаты одного из исследований гендерных отношений.

 

Гендерные отношения в системе социально-психологического знания

В гендерно-ориентированной литературе о гендерных отношениях говорится, как об отношениях между конкретными личностями мужского и женского пола или социальными группами, состоящими из мужчин или женщин [Здравомыслова Е., Темкина А., 2003]. Так как гендерные отношения довольно новая категория, включенная в научный дискурс, пока можно предложить лишь самое общее описательное определение этого понятия. Гендерные отношения - это различные формы взаимосвязи людей, как представителей определенного пола, возникающие в процессе их совместной жизнедеятельности. Гендерные отношения встроены в широкий социальный контекст и проявляются на разных уровнях социума, т.е. - это многоуровневые отношения, существующие на макро-, мезо- и микроуровнях социальной реальности, а также на внутриличностном уровне. Другими словами, гендерные отношения - это:

1. социально организованные отношения на уровне общества, между государством и гендерными группами;

2. отношения между различными гендерными группами;

3. отношения между субъектами разного пола;

4. отношение личности к самой себе как представителю определенного пола.

Гендерные отношения «встроены» в широкий класс общественных, межгрупповых, межличностных отношений; они также включены и в самоотношение личности. Поэтому мы можем рассматривать гендерные отношения как одну из разновидностей социально-психологических отношений.

Содержательные характеристики гендерных отношений и ориентиры для их изучения задаются смысловым контекстом категории «гендер» [см.: Большой толковый социологический словарь. 1999; Словарь гендерных терминов, 2002; Современный философский словарь, 1998; Лорбер Дж., 1994; Scott, 1988]. В многочисленных определениях концепта «гендер» подчеркиваются следующие моменты.

Во-первых, гендерные характеристики социально обусловлены, они конструируются посредством социальных практик. В социологическом словаре подчеркивается, что термин «гендер» должен применяться тогда, когда речь идет о социально созданном делении общества на тех, кто относится к мужчинам, и тех, кто относится к женщинам [Большой толковый социологический словарь. 1999. с. 109].

Во-вторых, в основе конструирования гендера лежат властные отношения, явления сегрегации и иерархии. Джоан Скотт, раскрывая содержание понятия «гендер», выделяет в нем две взаимосвязанные между собой части: «гендер - это конститутативный элемент социальных отношений, основанных на внешних различиях между полами, и гендер - это первичный способ определения отношений власти» [Scott, 1988, p. 42]. Расшифровывая это определение Т.В.Барчунова, обращает особое внимание на то, «что гендерные отношения - не просто социальная условность или, как принято говорить, социальная конструкция; они построены, а точнее, «замешаны» на власти, т.е. на сегрегации и иерархии. Первый важный аспект данной социальной конструкции заключается в том, что социально сконструированным иерархии и сегрегации приписывается статус естественных, а протест против них воспринимается как агрессия и нарушение порядка вещей» [Барчунова Т.В., 2002, с. 181].

В-третьих, гендерная составляющая формируется и утверждается в ситуациях социального взаимодействия. Джудит Лорбер рассматривает «гендерный статус индивида как часть общественной структуры предписанных отношений между полами, особенно структуры господства и подчинения» [Лорбер Дж., 1994. с. 134]. По ее мнению, осознание гендерной принадлежности настолько распространено, что считается заложенным в генах, тогда как на самом деле "...гендерные различия постоянно создаются и воссоздаются именно в ходе человеческого взаимодействия" [Лорбер Дж., 1994. с. 127-128].

Итак, основной смысл понятия «гендер» заключен в идее социального моделирования или конструирования пола посредством социальной практики. В обществе возникает система норм поведения, предписывающая выполнение определенных половых ролей и соответственно возникает довольно жесткий ряд представлений о том, что есть «мужское» и «женское» в этом обществе. Таким образом, гендер - это совокупность социальных конструкций и репрезентаций, а не данность, закрепленная природой [Современный философский словарь, 1998. с. 177]. «Гендер становится «полезной многоуровневой категорией социального анализа, которая «работает» на уровне анализа идентичности, межличностных отношений, системном и структурном уровне» [Здравомыслова Е.А., Темкина А.А. , 2000. с.17]. Мужчины и женщины, как представители социальных групп функционируют в различных социальных пространствах, а эти социальные пространства охватывают все сферы социальной реальности, следовательно, гендерные отношения существуют в разных социальных сферах: на макроуровне, в системе межгруппового и межличностного взаимодействия.

Основное теоретическое направление, в рамках которого в последние годы развивается гендерная проблематика в социальных науках - это социально-конструктивистское направление в исследованиях гендера. С позиций теории социального конструирования пол и гендер являются социально достигаемыми статусами. Так же, как раса, этничность и социальный класс, гендерные категории являются институционализированными культурой и социумом. Жизнь каждого индивида с самого рождения формируется социокультурными нормами и правилами. В своей работе Д.Лорбер и С.Фаррелл [2000] подчеркивают, что, несмотря на то, что некоторые общества являются расово и этнически гомогенными, а иногда гомогенными и по социальному статусу, нет ни одного общества, которое было бы гомогенно в гендерном отношении. Разделение социального мира на мужчин и женщин укоренено настолько глубоко, что с момента рождения, когда пол ребенка опознан, родители, врачи, акушерки и все окружающие новорожденного «создают гендер», реализуя принцип половой дифференциации. «В действительности между мальчиками и девочками, мужчинами и женщинами больше сходства, чем различий, но в этой сфере общество накладывает табу на подобие» [Лорбер Дж., Фаррелл С. 2000, с. 189].

Даже во взрослый период жизни, когда предполагается стабилизированность гендерного статуса, мы привычным образом моделируем гендер в каждой конкретной ситуации. В реальности и в повседневных практиках гендер пронизывает все аспекты нашей жизни от микро- до макроуровня [Лорбер Дж., Фаррелл С. , 2000]. Гендер конструируется через взаимодействие и может рассматриваться как достигаемый статус. С точки зрения К.Уэст и Д.Зиммерман [2000], будучи социальным статусом, гендер фундаментален, институционализирован и постоянен; тем не менее, всегда существует потенциал изменений, поскольку члены социальных групп должны постоянно (независимо от того, осознают они это или нет) «созидать гендер», чтобы поддерживать свой статус.

Социально-конструктивистская парадигма не только задает рамки исследования механизмов формирования и воспроизводства мужественности и женственности ("создание гендера" в повседневности, в публичной и приватной сферах), но и ориентирует на изучение способов реконструкции гендерных идентичностей. Социально-конструктивистская парадигма может дать ответ на вопрос: "Как иллюзия гендерной дихотомии конструируется и поддерживается в ситуации межполовых сходств и внутриполовых различий?" Несмотря на существующие различия, мужчины и женщины в психологическом смысле очень похожи друг на друга. Поэтому конструирование гендера как полярной дихотомии требует подавления естественного сходства для социальных целей социальными средствами, т.к. активное подавление сходств и конструирования различий требует социальной власти, поэтому центральной в гендерной теории оказывается проблема доминирования.

Итак, рассмотрение содержания понятия «гендер», а также общих вопросов теории социального конструирования гендера, где сделаны акценты на ключевых аспектах проблемы его воспроизводства и созидания, позволяет нам прийти к следующим заключениям.

Во-первых, анализ механизмов формирования и воспроизводства гендерных идентичностей (мужественности и женственности) представляет информацию о том, что модели гендерного поведения конструируются при помощи прочно укоренных в общественном сознании представлений, стереотипов, установок относительно эталонов-образцов: «женщина» и «мужчина», «настоящий мужчина» и «настоящая женщина», «мужское и женское поведение».

Во-вторых, обоснование того факта, что гендерные отношения конструируются, дает нам возможность говорить о том, что они (гендерные отношения) при определенной системе их организации могут быть деконструированы, перестроены, изменены.

В-третьих, выделение специфических оснований конструирования гендерных отношений (подчеркивание дифференциации между полами, наличие явлений неравенства, доминирования и власти в отношениях между ними) позволяет нам выделить основные ориентиры, необходимые для анализа гендерных отношений как многопланового и многоуровневого феномена.

Как сделанные заключения соотносятся с целью, заявленной вначале статьи, о выделении специфики изучения гендерных отношений в контексте социально-психологического знания? Первый вывод касается значимой роли социально-психологических характеристик в конструировании гендерных отношений. Поскольку гендерные отношения мы анализируем как разновидность социально-психологических отношений, постольку они имеют сходные с этими отношениями характеристики. К ним относятся: гендерные представления, гендерные стереотипы, гендерные установки и гендерная идентичность, которые представляют собой разновидность социальных представлений, социальных стереотипов, социальных установок и социальной идентичности личности. В таблице 1 представлен перечень разных видов гендерных отношений и соответствующих им гендерных характеристик.

 

Таблица 1

Соотношение видов гендерных отношений и гендерных характеристик

№ п/п Уровни анализа гендерных отношений Вид гендерных отношений Гендерные характеристики
1. Маркоуровень: "группы мужчин и женщин - общество (государство)", отношения типа «личность (мужчины или женщины) - общество (государство)". Общественные Гендерные представления
2. Мезоуровень: отношения типа «группа - группа» (отношения между группами мужчин и женщин). Межгрупповые Гендерные стереотипы
3. Микроуровень: отношения типа "личность - личность" (межличностные отношения между представителями разного пола). Межличностные Гендерные установки
4. Внутриличностный уровень: отношения типа «Я как индивидуальность - Я как представитель гендерной группы». Самоотношение Гендерная идентичность

Так, на макросоциальном уровне, где гендерные отношения анализируются в системе: "группа мужчин или женщин - общество (государство)", "личность мужчин или женщин - общество (государство)", социально-психологическими дериватами и детерминантами гендерных отношений будут гендерные представления как разновидность социальных представлений.

На уровне межгрупповового взаимодействия групп однородных по половому признаку, где анализ гендерных отношений осуществляется в системе "группа - группа", производными и детерминирующими характеристиками межполовых отношений являются гендерные стереотипы как разновидность социальных стереотипов.

На уровне межличностных отношений между мужчинами и женщинами объектом анализа являются системы "личность - личность", где взаимодействующие субъекты имеют противоположный пол. Гендерные отношения этого уровня обусловлены гендерными установками как разновидностью социальных установок.

На внутриличностном уровне объектом анализа становится отношение личности к себе, как представителю гендерной группы (самоотношение), а гендерная идентичность, которая является составляющей социальной идентичности и выступает как детерминанта данного вида самоотношения.

Следует заметить, что рассмотрение основных идей социально-конструкционистского направления в исследовании гендера, позволяет нам высказать предположение о более активной роли социально-психологических характеристик человека или группы как субъектов многоуровневых отношений. Гендерные представления, стереотипы, установки и идентичность личности или группы выступают не только, как производные и детерминанты гендерных отношений, но они могут играть роль строителей отношений, конструируя и созидая их определенные поведенческие модели и паттерны. Функционирующие в обществе гендерные представления, стереотипы, установки как отражение общественного сознания по поводу социальных ролей и статусов мужчин и женщин, различных аспектов их взаимодействия усваиваются индивидами, как субъектами гендерных отношений. Эти гендерные представления, стереотипы, установки начинают влиять на реальные практики межполового взаимодействия, т.е. конструировать поведенческие модели гендерных отношений.

Второй вывод, который можно сделать при рассмотрении основных вопросов теории социального конструирования гендера, это заключение о том, что сконструированные гендерные отношения могут быть деконструированы, перестроены, изменены. В каком направлении должна осуществляться эта деконструкция, что в типичных существующих моделях гендерных отношений противоречит современным идеям паритетности, партнерства, равноправия в отношениях всех людей?

Деконструкция гендерных отношений предполагает выстраивание этих отношений в соответствии с партнерской моделью взаимодействия как противоположной распространенной доминантно-зависимой модели гендерных отношений. Партнерская модель гендерных отношений - это система отношений, в которой две взаимодействующие стороны выступают как равноправные субъекты, обладающие одинаковой ценностью и значимостью друг для друга. Несмотря на наличие индивидуализированных целей, каждый принимает во внимание цели и интересы другой стороны. Главным в таких отношениях является согласование позиций и устремлений между партнерами, и такая готовность исходит со стороны не только одного партнера, а каждого из них. Выравнивание статусных позиций партнеров осуществляется за счет трансформации и коррекции непродуктивных и устаревших гендерных представлений, стереотипов и установок.

Третий вывод, который можно сделать, анализируя основные положений гендерной теории, касается выделения специфических оснований конструирования гендерных отношений. Такими основаниями, характерными для всех уровней гендерных отношений, являются: поляризация, дифференциация позиций мужчин и женщин как представителей двух гендерных групп, явления неравенства, доминирования, власти, подчинения. Поскольку на этих явлениях сделан акцент в теории социального конструирования гендера, мы можем дифференцированность ролей и статусов мужчин и женщин,как представителей гендерных групп, и иерархичность, соподчиненность их позицийрассматривать как основныепараметры анализа гендерных отношений.

Таким образом, выделяются два вектора измерения гендерных отношений: горизонтальный, где основной параметр анализа - это дифференциация ролей и статусов мужчин и женщин, и вертикальный, который будет определяться параметром иерархичности позиций мужчин и женщин или гендерных групп. Причем эти параметры анализа гендерных отношений будут касаться двух сторон любого вида отношений: объективной стороны, которая представлена реальными практиками взаимодействия, и субъективной стороны, которая находит отражение в гендерных представлениях, гендерных стереотипах, гендерных установках и гендерной идентичности мужчин и женщин, как субъектов гендерных отношений.

Все многообразие содержательных характеристик гендерных отношений можно свести к двум альтернативным моделям: партнерской и доминантно-зависимой модели отношений.

Первая модель - партнерские отношения - характеризуется равноправными позициями и статусами участников отношений. Противоположная модель - доминантно-зависимая модель отношений - не предполагает равноправия позиций: одна сторона занимает доминантную позицию, другая - зависимую. При этом один субъект побуждает другого подчиниться себе и принять цели, не согласующиеся с его собственными устремлениями и намерениями. Представитель доминантной позиции стремится к соперничеству, ему присуща потребность в проявлении силы ради нее самой.

Существующие в обществе нормативные представления о мужественности ориентируют мужчин на проявление доминантной позиции в системе отношений между представителями разного пола. Атрибутами мужественности являются такие особенности поведения, как активность, напористость, целеустремленность, сила, выраженный волевой потенциал, уверенность в себе, умение добиться своих целей, настоять на своем, для чего допускается проявление агрессивности и директивности. Представления же о женственности поощряют демонстрировать в отношениях с другими людьми уступчивость, мягкость, деликатность, скромность, застенчивость, отзывчивость, умение понять и простить другого, жертвенность и заботливость. Очевидно, что традиционные представления о мужественности-женственности побуждают мужчин проявлять доминантную позицию в межличностных отношениях, а женщин - зависимую, и такое соотношение позиций обусловлено всем предшествующим опытом полоролевой социализации.

Гендерный подход как научная теория при анализе психологических аспектов гендерных отношений доказывает необоснованность и нецелесообразность сложившихся традиционных, неравноправных моделей поведения в ситуациях межполового взаимодействия личностей и групп. Принятие позиции, что биологический пол не является первопричиной психологических характеристик поведения, социальных ролей и позиций, позволяет по-новому реконструировать сложившуюся систему отношений, навязанную системой полоролевых представлений, дает возможность мужчинам и женщинам по-новому оценить свои возможности и притязания, определить перспективы жизнетворчества, активизировать личностные ресурсы для выбора субъективных стратегий самореализации и оптимизации межличностных и межгрупповых отношений.

В приведенном выше тексте были представлены обобщенные теоретические конструкции, позволяющие конкретизировать основные пути и способы изучения гендерных отношений с опорой на социально-психологические знания. Обратимся к анализу результатов исследования гендерных отношений, проявляющихся на макросоциальном уровне, т.е. в системе отношений «группы мужчин и женщин - общество (государство)".

 

Исследование гендерных отношений на макросоциальном уровне

Данное исследование состояло из двух частей: в первой части изучались реальные практики отношений, т.е. модели гендерных отношений в системе отношений «гендерные группы - государство» (объективная сторона гендерных отношений), а вторая часть была посвящена изучению гендерных представлений, как детерминант гендерных отношений макросоциального уровня (субъективная сторона гендерных отношений). Рассмотрим теоретические и эмпирические результаты первой части исследования.

Особенности гендерных отношений данного уровня в первую очередь заданы социально-экономическими, политическими, культурными условиями развития общества. Государственная политика в отношении мужчин и женщин как больших социальных групп определяет гендерный порядок и специфику гендерных отношений на макроуровне. В задачи данной статьи не входит анализ длительной исторической перспективы развития гендерных отношений, поэтому ограничимся периодом второй половины двадцатого столетия. Логика анализа гендерных отношений включает: определение характеристик субъектов гендерных отношений, выявление специфики проявлений гендерных отношений со стороны каждого из участников отношений, описание форм и моделей проявления гендерных отношений.

 

Субъектами гендерных отношений, функционирующих на макросоциальном уровне, являются: с одной стороны большие социальные группы, а именно группы мужчин и женщин (гендерные группы), а с другой - государство, как социальный институт, регламентирующий гендерные отношения на законодательном и исполнительном уровнях. Основное содержание отношений определяется социальной политикой по отношению к гендерным группам, которая разрабатывается государственными структурами. На основе этой политики и выстраиваются отношения между государством и каждой из гендерных групп. Основная активность в этих отношениях исходит именно со стороны государства, гендерные группы и их отдельные представители чаще занимают позиции не субъектов этих отношений, а объектов. Государство в системе гендерных отношений устанавливает социальные нормы и правила общественной жизни мужчин и женщин как представителей социальных групп, осуществляет социальный контроль за исполнением ими предписанных ролей, в определенной степени влияет на процесс гендерной социализации в детском и взрослом возрасте.

 

Специфика проявлений гендерных отношений с позиций государства находит отражение, прежде всего, в социальной политике по отношению к конкретной гендерной группе, которая задается доминирующей в обществе гендерной идеологией. Специфика проявлений гендерных отношений с позиций гендерных групп находит выражение в социальных ролях мужчин и женщин как членов общества,эти ролиопределяются как гендерные.

В соответствии с существующей в конкретном обществе гендерной идеологией, которая утверждается господствующими социальными структурами и направлена на гендерные группы, мужчины и женщины, как объекты социальной политики и идеологического воздействия, исполняя гендерные роли, создают (реализуют) гендерные отношения.

Таким образом, содержание гендерных отношений макроуровня раскрывается через анализ социальных ролей гендерных групп, типичных для процесса функционирования общества в определенных условиях, а также через анализ содержания социальной политики (гендерной идеологии), которую государство реализует в отношении гендерных групп.

Гендерные роли являются одним из видов социальных ролей, они нормативны, выражают определенные социальные ожидания (экспектации), проявляются в поведении. Гендерно-специфичные формы поведения обусловлены дифференциацией деятельности, статусов, прав и обязанностей индивидов в зависимости от их половой принадлежности. Гендерные роли(gender roles) - степень принятияиндивидом гендерно-специфичных форм поведения, предписываемых культурой [Мацумото Д., 2002. с.188].

Таким образом, гендерные роли можно рассматривать как внешние проявления моделей поведения и отношений, которые позволяют другим людям судить о принадлежности индивида к мужскому или женскому полу.

Гендерная ролевая идеология (gender roles ideology)- суждения о том, какими должны быть гендерные роли в данной культуре и обществе (как должны выглядеть и как должны вести себя мужчины и женщины в конкретном обществе) [Мацумото Д., 2002. с.180]. Другими словами гендерную идеологию можно определить, как согласованную систему взглядов и представлений о социальном статусе и содержании ролей мужчин и женщин, которые они должны исполнять, как члены общества. Принято различать традиционную и эгалитарную гендерную идеологию. Гендерная идеология - это механизм социальной организации и поддержания установленных моделей отношений между полами. Гендерная идеология традиционного типа по своему смысловому содержанию соотносится с понятием «патриархатная идеология».

«Патриархатный тип государственной политики - это политика, основанная на концепции определенного разделения функций в семье и в обществе между мужчиной и женщиной. При этом «естественным» предназначением женщины считаются сферы материнства, воспитания детей и ведения домашнего хозяйства. Мужчине предназначаются роли субъекта государственной, профессиональной и общественной деятельности, главы и «кормильца» семьи, связующего звена между семьей и обществом в целом» [Хасбулатова О.А., 2005. с. 8].

Эгалитарная государственная политика - это политика, в основу которой положен принцип создания равных условий для самореализации личности во всех социальных сферах независимо от ее половой принадлежности [Словарь гендерных терминов, 2002. с. 245]. «Эгалитарная политика предлагает интегрировать вопросы равенства между полами в общий контекст общественной жизни, объединяющий все направления, идеи и сферы» [Хасбулатова О.А., 2005. с. 13].

В советский период гендерная политика представляла собой в целом социальную политику тоталитарного государства, проявляющуюся в автократическом стиле взаимодействия с группами мужчин и женщин как субъектами гендерных отношений. Гендерная политика в советское время отличалась противоречивыми тенденциями, она включала элементы и эгалитарной и патриархатной идеологии. С одной стороны, она строилась на основе эгалитарных взглядов: декларировалось равенство, при котором каждый человек, независимо от пола, становился гражданином, имея равные юридические права во всех сферах социальной жизни. Участие в труде считалось главным делом для всех советских граждан. Женщины наравне с мужчинами вовлекались в сферу производства и общественную жизнь страны. Но эгалитарные взгляды по отношению к женщинам сочетались с установкой на деиндивидуализацию их личности, что соответствовало политике тоталитарного государства. Советское «равенство полов» молчаливо предполагало подгонку женщин (в отдельных сторонах ее личности) к традиционному мужскому стандарту (все одинаково работают, все готовятся к труду и обороне, никаких особых женских проблем не существует) [Кон И.С., 2002].

С другой стороны, советская идеология воспроизводила дискурс биологического детерминизма, типичного для патриархатных взглядов, суть которых сводится к тому, что биологические различия между полами предопределяют психологические и социальные различия между мужчинами и женщинами. В соответствии с этим у мужчин и женщин должны быть и различные социальные роли в обществе. Мужчины, как сильный пол, должны исполнять роль защитника Отечества, защищая в тоже время слабых женщин. Женщины должны реализовать свое естественное предназначение - быть матерью, при этом ее материнская функция становилась не личным, а общественным долгом. Исполняя долг перед государством, которое им предоставило возможность быть труженицами и общественницами, все женщины должны были реализовать свои репродуктивные возможности: родить, вырастить и воспитать детей - достойных граждан своей страны. Для гендерно-ролевой идеологии характерна практика сведения родительства к материнству, то есть возложение всей полноты действий и ответственности за воспитание детей только на мать.

На основе этих идей выстраивалась патерналистская политика по отношению к женщинам. С первых лет советской власти государство и партия рассматривали женщин как особую социальную категорию и разрабатывали специальные меры регулирования их социального положения. Патернализм выражался в том, что партийно-государственная политика позиционировала женщин как объект особой заботы; социальные гарантии и льготы, связанные с совмещением репродуктивной, производственной и семейных ролей, превращали женщин в специфическую государственно-зависимую группу, обеспечивали этой категории советских граждан особую позицию в обществе [Хасбулатова О.А., 2005].

Рассмотрим формы проявления гендерных отношений в системе «государство - гендерные группы». Формы этих отношений, несомненно, отличаются разнообразием и зависят от многих факторов, таких, например, как: историческая эпоха, тип экономических отношений и уровень развития страны, характер политического устройства общества, степень активности общественных движений и др. В современной социологической литературе для характеристики гендерных отношений используется понятие «гендерный контракт» [Здравомыслова Е, Темкина А., 1996; Тартаковская И.Н.,1997; Темкина А.А., Роткирх А., 2002]. В данной работе мы рассматриваем гендерный контракт как теоретическую конструкцию, раскрывающую доминирующие формы гендерных отношений, представленных на макросоциальном уровне.

Гендерные отношения между государством и гендерными группами находят выражение (представлены) в форме гендерных контрактов. Гендерный контракт включает институциональное обеспечение, практики и символические репрезентации гендерных отношений, ролей и идентичностей в конкретных культурно-исторических контекстах. В современном обществе гендерные контракты зависят от разделения труда в публичной и приватной сфере [Темкина А.А., Роткирх А., 2002]. Другими словами гендерный контракт - это негласный, нормативный договор, навязанный государством всем мужчинам и женщинам, как членам общества, в соответствии с которым они были обязаны выполнять социальные роли необходимые государству в конкретные исторические периоды. При этом принцип дифференциации ролей, как правило, соблюдался: мужчинам предписывалось выполнять социальные роли в публичной сфере, женщинам - в сфере приватной.

Доминирующим контрактом в советском обществе был контракт работающей матери. Такой контракт подразумевал обязательное сочетание для женщин профессиональной и материнской ролей. Контракт работающей матери с государством подразумевал, что женщина будет совмещать участие в общественном производстве с рождением и воспитанием детей и неоплачиваемой работой по обслуживанию своей семьи. Государство, со своей стороны, предоставляло ей ряд необходимых условий: оплачиваемый декретный отпуск, бесплатное медицинское обслуживание, широкую сеть детских учреждений (детские сады, группы продленного дня, внешкольные учреждения для развития детей и пионерские лагеря для отдыха).

Такой гендерный контракт женской группе населения был насильственно навязан государством; была задана модель женского поведения, которой принято было соответствовать. Подавляющее большинство советских женщин приняли и реализовывали в своей повседневной жизнедеятельности контракт работающей матери. Контракт работающей матери предопределял три основные социальные роли женщин:«труженицы», «матери», «хозяйки».

Гендерный контракт советского государства с мужской частью страны представлен контрактом: «труженик - воин-защитник».Хотягосударство ставило перед мужчинами в качестве главной задачи упорный и успешный труд в сфере производства, в системе гендерных конструкций советского общества мужчина всегда является настоящим или потенциальным солдатом, защитником. Гипермаскулинное милитаризованное государство строило свою внешнюю и особенно внутреннюю политику с учетом образа врага. Поэтому, по мнению Е.Мещеркиной [1996], базовый маскулинный архетип солдата, воина - один из кирпичиков, благодаря которым была построена крепость тоталитаризма.

Главные социальные роли, заданные рамками базового контракта советского мужчины, - это роли «труженика» и «солдата». Подавляющее большинство советских мужчин успешно исполняли эти нормативные роли, при этом были возможны разные варианты сочетания ролей на протяжении жизненного пути отдельного мужчины. Обязательная воинская повинность (школа мужества), военная мобилизация во время Великой Отечественной войны заставляла миллионы мужчин менять мирную социальную роль труженика на опасную роль солдата.

Государство брало на себя обязательства помощи своим гражданам в исполнении контрактных гендерных ролей. Поддержка была институциональной, материальной, а также на уровне общественного сознания, через репрезентации нормативно заданных образцов гендерного поведения в средствах массовой информации. Кинематограф, эстрада, литература, периодическая печать успешно пропагандировали и тиражировали образы «матери-героини», «труженика-ударника коммунистического труда», «воина-освободителя», «воина- защитника Отечества». Это способствовало социальной привлекательности данных образов, интериоризации нормативных гендерных ролей и самоотверженности в преодолении трудностей в процессе их исполнения.

Утверждению советского гендерного порядка и принятия гендерных контрактов подавляющим числом советских мужчин и женщин способствовало то, что нормативные гендерные роли имели солидную идеологическую поддержку. Кроме того, в советском обществе высоко ценились групповые интересы; индивиды определялись в большей мере через групповую идентичность, чем через собственные личностные качества (индивидуальную идентичность). Индивидуальность и уникальность не поощрялась и не ценилась. В обществе поддерживалась иерархическая дифференциация и вертикальные связи, а роль, статус и поведение человека определялась его положением в иерархической структуре. Люди в большей степени отождествляли себя с основными группами, к которым они принадлежали, а группа становилась неотъемлемой частью личности. В такой социокультурной среде высока роль конформизма, и, как следствие, высокая степень нормативности поведения.

В обществе доминирующими были установки на единообразие, деиндивидуализацию, унификацию личности в разных ее проявлениях, в том числе в плане гендерного поведения, поэтому советские мужчины и женщины весьма успешно исполняли социальные роли, которые были нужны государству.

Мы рассмотрели базовые гендерные контракты, в которых представлено содержание гендерных отношений типа: «группа мужчин - государство», «группа женщин - государство», характерных для советского периода российского общества. Контракт для женщин «работающая мать» контракты для мужчин: «труженик - воин-защитник» были легитимными контрактами. Легитимный гендерный контракт никогда не представлял собой монолитного единства, в его рамках допускалось существование различных девиаций - нелегитимные контракты. В пост-коммунистической России и легитимные, и нелегитимные гендерные контракты трансформировались (подробнее в работах: Здравомыслова., Темкина А., 2002; Тартаковская И.Н., 1997; Темкина А.А., Роткирх А., 2002).

Итак, обращаясь к результатам теоретического анализа гендерных ролей в России в советский период можно отметить, что женские и мужские роли были, как правило, дифференцированы. Общими были такие доминирующие роли, как роли «труженик», «труженица», другие ведущие роли были полоспецифичными. Воинская служба (роли солдата и воина-защитника) в основном мужская прерогатива, материнские и семейные обязанности - прерогатива женщин. Мужчины отстранялись от исполнения семейных, отцовских ролей.

Но и общие социальные роли, которые выполняли и мужчины, и женщины, - роли тружеников, были иерархизированы. Мужчины по сравнению с женщинами выполняли более престижные, более статусные и лучше оплачиваемые профессиональные роли. Так, к примеру, О.А.Хасбулатовой подчеркивается: «Высокая степень концентрации женщин в низкооплачиваемых профессиях, на предприятиях с непрогрессивной, поточно-конвейерной организацией производства, несоответствие между уровнем образования и тарифным разрядом привели к тому, что в 90-х гг. качество женской рабочей силы было более низким, чем у мужчин. На всех этапах 1917-1990 гг. государственная политика не ставила целью достижение равноправного участия женщин и мужчин в сфере управления народным хозяйством. В результате в 1985 году руководящие позиции занимали 4,5% работавших в промышленности женщин и 9% мужчин» [Хасбулатова О.А., 2001. с. 192].

Таким образом, поляризация гендерных ролей в советском обществе имела место, но выражение ее было не столь жестким, в это время наметилась тенденция к сближению гендерных ролей за счет массового освоения женщинами традиционно мужских ролей в сфере производственной деятельности. Что касается проблемы иерархизации, стратификации гендерных ролей, то эта тенденция, как правило, имела место в системе профессиональных ролей (мужские профессиональные роли имели более высокий статус), что касается типично женской (материнская) роли и типично мужской роли (военный), то эти гендерные роли в одинаковой мере поощрялись и пропагандировались государственными структурами, поднимая их статус и престиж.

 

Следующий вывод касается моделей гендерных отношений макросоциального уровня. В системе отношений «гендерные группы - государство» государство демонстрировало автократически-патерналистскую позицию, а группы мужчин и женщин - подчиненную, при этом по отношению к женской группе населения государство проявляло больше отеческой заботы, чем по отношению к мужчинам. Поэтому можно заключить, что типичная модель гендерных отношений, существовавшая в советской России, соответствует теоретической модели «доминантно-зависимых» отношений. В системе гендерных отношений в советский период государство занимало доминирующую позицию и играло ведущую роль. Советское государство выступает в роли главного общественного суверена, который регулирует, контролирует повседневную жизнедеятельность своих граждан и в то же время проявляет особую заботу о «специфических интересах женщин». В трудах отечественных ученых отмечается, что идеология государственного протекционизма по отношению к женщине означает ее «социальную инвалидизацию» и ведет к воспроизводству патриархатной системы гендерных отношений [Словарь гендерных терминов, 2002. с. 169].

Вывод о том, что гендерные отношения в системе «государство - гендерные группы» были выстроены по доминантно-зависимому типу, получил подтверждение в эмпирическом исследовании, проведенном автором.

Цель исследования заключалась в определении типичных моделей гендерных отношений, существующих в российском обществе в период с 70-х годов XX столетия до начала XXI столетия.

Задачи:1) выяснить роль государства в жизни респондентов, их отношение к государству; 2) определить типичное эмоциональное состояние респондентов в рассматриваемом периоде.

Основным методом исследования было полуструктурированное интервью «Гендерные отношения в России». Вопросы в интервью были направлены на выяснение субъективных мнений об особенностях гендерных отношений в доперестроечный, перестроечный и послеперестроечный периоды. Всего в интервью приняли участие 87 человек (66 женщин и 21 мужчина). Все респонденты представляли три возрастных группы: старшее поколение, среднее поколение и младшее поколение (таблица 2).

Таблица 2

Соотношение временных периодов, исследуемых в интервью, и возраста респондентов

№ п/п Название периода Временной интервал Возраст респондента в изучаемый период Возраст респондента сейчас
1. Доперестроечный 1975 -1985 годы 23-35 От 52 до 65
2. Перестроечный 1986 -1998 годы 25-35 От 41 до 51
3. Послеперестроечный 1999-2004 годы 25-35 От 28 до 40

 

Каждую возрастную группу представляли равное число респондентов: по 22 женщины и 7 мужчин. Образование респондентов: высшее и среднее-специальное.

Процедура: каждому респонденту последовательно задавались вопросы об их жизни в каждом из периодов, при этом группа «старшее поколение» характеризовала три периода, «среднее поколение» - два периода «младшее поколение» - один период. Был подготовлен перечень основных вопросов[1], который дополнялся и расширялся в процессе проведения интервью.

Методы анализа интервью. Записанные тексты интервью расшифровывались, а затем анализировались. В качестве основных приемов качественного анализа использовались: конденсация смыслов и категоризация.

Конденсация смысловпредставляет собой сокращение всего значимого, что высказал респондент, и выражение его в более кратком виде. Длинные предложения сжимались в короткие, в нескольких словах выражающих основной смысл высказывания. Таким образом, конденсация смыслов предполагала сокращение большого текста интервью до более кратких, емких формулировок.

Категоризация значений состояла в том, что интервью распределялось по категориям, и эти категории кодировались. Код - это термин, обозначающий некоторую идею, возникающую при анализе данных. Идеи и соответствующие им коды являются своего рода результатом озарения, которое возникает на основе уже существующих знаний и концентрации интереса в определенном направлении [Белановский С.А., 1998]. Категории, как правило, выбирались из собственных выражений респондентов.

Интерпретация смысла осуществлялась по пути структурирования явных смыслов к более глубокому смысловому содержанию, не лежащему на поверхности.

Приведем примеры типичных ответов респондентов, раскрывавших особенности отношений с государством в доперестроечный период (1975 -1985 г.г.)

Вопрос: «Чувствовали ли Вы себя обязанным государству? Ощущали ли зависимость от него?».

«Ни шагу в сторону»

Ответы: «Напрямую были зависимы от государства, оно нас кормило, одевало, давало возможность зарабатывать, но и мы, конечно, работали на благо Отечества» (ж. 63 года).

«Ну, в советское время без государства - никуда. Ни шагу в сторону»

(м. 54 года).

«Мы все были очень законопослушные. Не было никакой свободы: ты коммунист - ты обязан, иначе положи на стол свой партбилет. Помню, что некоторые мужчины даже плакали - не хотели, чтобы у них отобрали партбилет» (ж. 62 года).

«Зависимость ощущала: не было выбора - уйдешь с работы - не получишь прописку или потеряешь жилье» (ж. 53 года).

Советское государство, игравшее столь важную роль в определении характера гендерной системы, не предполагало для своих граждан (мужчин и женщин), никаких ресурсов независимости и автономности. И хотя мужчины преобладали в верхних государственных эшелонах, властью как таковой обладал, скорее, не носитель статусной позиции, а сама статусная позиция, человек же, ее занимающий, в любой момент мог легко быть смещен. Личные амбиции, стремление к лидерству тоже в какой-то степени гасились коллективистской идеологией, стремлением не выделяться, быть как все [Тартаковская И., 2003, с.65]. Специфика проявлений отношения со стороны государства, направленного на женщин и мужчин, как социальные группы, заключалась не только в доминирующем автократическом способе регулирования взаимодействия, но и в демонстрации патерналистских тенденций.

 

«Государство помогало: пионерские лагеря по льготным ценам, туристические путевки от профсоюза за 30% стоимости, праздники для детей устраивали на производстве, бесплатно давали новогодние подарки» (ж. 54 года).

 

Аналогичными относительно зависимости от государства были ответы респондентов, раскрывавших особенности отношений с государством в период перестройки (1986 -1998 г.г.).

 

«Зависимость от государства чувствовалась постоянно».

«Обязанной нет, а зависимой чувствовала. Все неприятности были как раз от того, что в нем происходило» (ж. 41 год).

«Зависимость от государства чувствовалась постоянно. Обязанность ему - тоже. Не могу объяснить почему. Просто оно меня учило в свое время, а я должна была работать (тому, чему меня научили)» (ж. 48 л.).

Ответы респондентов, характеризующих гендерные отношения в постперестроечный период (1999-2004 г.г.), отражают два типа мнений: первая точка зрения соотносится в общих чертах с мнением о продолжающейся в современных условиях зависимости мужчин и женщин от государства и его социальной политики; вторая точка зрения демонстрирует отсутствие зависимости.

«Зависимость никуда не денется»

«Зависимость никуда не денется. Я живу по-прежнему в этом государстве» (м. 49 лет).

«Обязанной государству? Нет. А зависимость ощущаю. Какой оно поворот примет, так мы и будем жить» (ж. 63 года).

«Обязанной - нет, да и зависимой в общем-то тоже. Мне наплевать на наше государство... и на выборы я не хожу...» (ж. 35 лет.)

 

Зависимыми от государства продолжают себя ощущать представители старшего и среднего поколения, а представители младшего поколения, как правило, в своих ответах демонстрировали независимую позицию. В период постсоветстких трансформаций государство утрачивает свою конституирующую роль в конструировании гендера. Рыночные отношения способствовали устранению монопольной гендерной политики и идеологии. Для постперестроечного периода характерна противоречивая гендерная политика и, как следствие, не сформированная модель гендерных отношений. «Между тем, - как считает О.А.Хасбулатова, - трудно отрицать, что именно в постсоветский период государственная политика в отношении равноправия полов начала трансформироваться от «женской» к «гендерной ориентированной» [Хасбулатова О.А., 2005. с. 313]

Обобщенные социально-психологические модели гендерных отношений, которые были предложены как универсальные для всех сфер гендерных отношений - доминантно-зависимая и партнерская - находят отражение на макросоциальном уровне. Доминантно-зависимая модель гендерных отношений присутствует при реализации со стороны государства патриархатной социальной политики, при этом государство занимает доминирующую позицию и по отношению к группе женщин, и по отношению к группе мужчин.

В советской России общая доминантно-зависимая модель гендерных отношений была представлена автократически-патерналистской моделью по отношению к женщинам и мужчинам. И мужчины и женщины в этот исторический период развития нашей страны были в значительной степени зависимыми от государства. Доминирующая патриархатная гендерная идеология вынуждала мужчин и женщин выстраивать свою индивидуальную жизнь строго в рамках нормированных гендерных ролей: труженицы и матери для женщин, труженика и воина-защитника - для мужчин. Эгалитарные идеи в отношении равенства мужчин и женщин в сфере производственной деятельности закладывали основы для развития партнерской модели гендерных отношений, при которой государство как субъект отношений предоставляет гарантированные условия, позволяющие раскрыть мужчинам и женщинам свой личностный потенциал в исполнении социальных ролей в обществе.

Литература

  1. Барчунова Т. В. «Эгоистический гендер», или Воспроизводство гендерной асимметрии в гендерных исследованиях//Общественные науки и современность. 2002. № 5. с. 180-192.
  2. Белановский С.А.Метод фокус-групп. М.: Издательство Магистр, 1998.
  3. Большой толковый социологический словарь. (Collins). Т. 1 (А-О); Пер. с англ. М.: Вече, АСТ, 1999.
  4. Здравомыслова Е., Темкина А. Введение. Социальная конструкция гендера и гендерная система в России//Гендерное измерение социальной и политической активности в переходный период. Сб. научн. статей/Под ред. Е. Здравомысловой и А.Темкиной. Центр независимых социальных исследований. Труды. Вып.4. СПб., 1996. с. 5-13.
  5. Здравомыслова Е.А., Темкина А.А.Социология гендерных отношений и гендерный подход в социологии//Социологические исследования. № 11. 2000. с. 15-24.
  6. Здравомыслова Е., Темкина А. Советский этакратический гендерный порядок//Социальная история. 2002. Специальный выпуск, посвященный гендерной истории/Отв. Ред. Н.Л.Пушкарева. М.: РОССПЭН, 2002.
  7. Здравомыслова Е., Темкина А. Понятийное поле исследования гендерных отношений//Гендерные отношения в современной России: исследования 1990-хгодов: Сборник научных статей/Под ред. Л.Н.Попковой, И.Н.Тартаковской. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2003. с. 10-23.
  8. Кон И.С. История и теория «мужских исследований»// Гендерный калейдоскоп. Курс лекций/Под ред. М.М. Малышевой. М.: Academia, 2002. с. 188-242.
  9. Лорбер Дж. Пол как социальная категория//Альманах "THESIS", 1994. Вып. 6. с. 127-136.
  10. Лорбер Дж., Фаррелл С. Принципы гендерного конструирования//Хрестоматия феминистских текстов. Переводы/Под ред. Е.Здравомысловой, А.Темкиной. СПб.: Изд-во «Дмитрий Буланин», 2000. с. 187-192.
  11. Мацумото Д. Психология и культура. СПб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2002.
  12. Мещеркина Е.Ю. Институциональный сексизм и стереотипы маскулинности//Гендерные аспекты социальной трансформации/Под ред. М.М.Малышевой. Демография и социология. Выпуск. 15. М.: Институт социально-экономических проблем народонаселения. 1996. с. 196-206.
  13. Словарь гендерных терминов/Под ред. А.А.Денисовой/Региональная общественная организация «Восток-Запад: Женские Инновационные проекты». М: Информация -XXI век, 2002.
  14. Современный философский словарь/Под ред. В.Е.Кемерова. М., Лондон и др.: Панпринт, 1998.
  15. Тартаковская И.Н.Социология пола и семьи. Самара: Международный Институт «Открытое общество». 1997.
  16. Тартаковская И. «Несостоявшаяся маскулинность» как тип поведения на рынке труда//Гендерные отношения в современной России: исследования 1990-х годов: Сборник научных статей/ Род ред. Л.Н. Попковой, И.Н. Тартаковской. Самара: Изд-во «Самарский университет», 2003. с. 42-70.
  17. Темкина А.А., Роткирх А. Советские гендерные контракты и их трансформация в советской России//Социологические исследования. 2002. № 11. с. 4-15.
  18. Уэст К., Зиммерман Д. Создание гендера// Хрестоматия феминистских текстов. Переводы/Под ред. Е. Здравомысловой, А. Темкиной. СПб.: Изд-во «Дмитрий Буланин», 2000. с. 193-219.
  19. Хасбулатова О.А. Российская государственная политика в отношении женщин (1900-2000)//Теория и методология гендерных исследований. Курс лекций/Под общ. ред. О.А.Ворониной. М.:МЦГИ -МВШСЭН -МФФ, 2001. с. 185-198.
  20. Хасбулатова О.А Российская гендерная политика в XX столетии: мифы и реалии. Иваново: Иван. гос. ун-т, 2005.
  21. Scott J.W. Gender and the Politics of History. New York, 1988.

 


[1] Перечень основных вопросов для интервью: 1. Вспомните, пожалуйста, период 70- годов прошлого столетия. Чем Вы в это время занимались? 2. Если сравнить этот период с другими периодами Вашей жизни, то как Вы можете его оценить? 3. От кого Вы чаще ощущали поддержку в это время в трудных для Вас ситуациях? 4. А государство помогало как-то преодолевать житейские проблемы (если да, приведите, пожалуйста, примеры). 5. Чувствовали ли Вы себя обязанным государству? Ощущали ли зависимость от него? 6. Какие эмоции (положительные или отрицательные) Вы чаще испытывали в это время? Какое эмоциональное состояние было для Вас типичным?